Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 153 – Вячеслав Ипатов

С другой стороны, спешку Кронира я вполне мог понять. Ведь мало того, что сама Глотка мира являлось местом отнюдь не гостеприимным, так вчера выяснилось, что мы были не единственными пришельцами в ней. Еще во время сражения с призраками разведчики заметили вспышки магии, а уже затем смогли найти и место боя чужаков со стражами мертвого города. И если до разведки у нас могли оставаться иллюзии насчет того, кем являлись расположившиеся рядом пришельцы, то они успешно развеялись с первым найденным трупом демона.

Радовало лишь то, что убитых врагов оказалось множество. Ночной бой стоил врагу десятков существ. Высказывались даже оптимистичные предположения, что все они сложили головы в сражении с призраками. Однако на столь хороший исход тан Кронир не надеялся. И я его в том поддерживал — в условиях неизвестности стоило придерживаться худшего. А если так, то самым правильным было быстрее покинуть Глотку мира, дабы не провоцировать врага на атаку. То есть слишком долго спать не следовало. Нужно было вставать.

Чуть скосив глаза, я увидел Кацуми, доверчиво прижавшуюся к моему плечу. Девушку серьезно потрепали последние события. На ее лице пролегли тени, волосы растрепались, доспехи успели обзавестись несколькими прорехами. И, тем не менее, Кацуми твердо шагала вперед, не отступала в бою и искренне верила в меня. Такие чувства стоили дорого, и их очень хотелось оправдывать. Уберечь девушку от всех бед, защитить. Или хотя бы дать выспаться в преддверии тяжелого дня. Увы, даже последнего я не мог сделать.

— Кацуми, — тихо прошептал я, осторожно проведя рукой по волосам кицунэ.

Та тут же открыла глаза и улыбнулась. Затем потянулась словно кошка, демонстрируя очень притягательные для глаза формы. Находись мы в ином месте, и утро могло начаться куда как приятно, однако к моему искреннему сожалению сейчас нас окружали сотни солдат, уже сбрасывающих оковы сна. Так что мне достался лишь один короткий поцелуй. Затем кицунэ бодро вскочила на ноги, будто и не было в ее жизни бессонной ночи. На свет показалась расческа, которой девушка воспользовалась, дабы привести в порядок волосы и шерсть на хвостах. Занятие это обещало оказаться достаточно долгим, так что я и сам решил, наконец, подняться, а затем устроить побудку и своим подчиненным.

Воины сбрасывали сон с мрачным ожесточением. Во всех них горело желание выжить просто на зло всем и вся. И лишь один человек вызвал во мне обеспокоенность — отец Антоний, который обнаружился сидящим на полу у одной из стен подвала. Вид священника являлся каким-то пустым, потерянным. В его глазах почти не отражалось жизни. Я и прежде видел в нем тревожные симптомы, проявившиеся с самого момента попадания в Глотку мира, но сейчас они стали ярче, контрастней. Священник был совсем е похож на того жизнерадостного настоятеля храма, с которым мы встретились неделю назад. Впрочем, догадаться о причинах его состояния было не сложно.

— Отец Антоний, мы можем поговорить? — спросил я, опускаясь на пол перед священником.

Тот далеко не сразу отреагировал на мои слова. Только спустя несколько секунд его взгляд стал осмысленным и сфокусировался на мне. Затем бывший настоятель храма медленно кивнул.

— Да…, конечно…, сын мой, — словно через силу, проговорил он.