Книга Пик сароса, страница 62 – Ди Темида

Навряд ли я совсем оставлю свою работу: диссертацию всё равно хочется закончить, да и не представляются будни без привычной деятельности. Но не сейчас. И не скоро.

Хорошо, что родители живут здесь, в Шотландии. Вдали от людских глаз и внимания. Оглядев террасу, на которой я спряталась после обеда, прячу улыбку, завидев за широкими панорамными окнами гостиной играющих в приставку Блейка и Дэна.

Мы приехали сюда вместе, два дня назад, хотя сначала Блейк предлагал улететь в Штаты, куда, кстати, поспешили Ричи и Маккензи. Но услышав о моём варианте, он согласился безоговорочно: думаю, в нём тоже сломался тот прежний лёд после Ирака, не позволяющий раньше пойти на встречу самому себе, не говоря уже о настоящей встрече с Дэном.

Самобичевание, даже такого масштаба, не могло длиться долго, и хорошо, что Блейк это понял: его поступок и примирение с братом стали дополнительным шагом и в моем личном восстановлении, хоть я и не застала их непростой разговор.

Лишь увидела облегчение на лице каждого, когда оба вышли из комнаты Дэна. Родители же пошли по пути мудрости и благоразумного молчания, без упрёков и воспоминаний о прошлом радуясь появлению Блейка в нашем доме снова. И неважно в каком статусе на этот раз, хотя мама все лукаво улыбалась, глядя на меня за столом, а папа с чрезмерным рвением расхваливал меня, мои качества и достижения. Родителям мы не рассказали всей правды о приключениях в Италии, лишь Дэну, как и не объявили в открытую о наших отношениях.

Они зародились в таких условиях, что самим бы ещё во всём для начала разобраться. Но что я знаю точно и чувствую так же остро, как и Блейк, так это обоюдная потребность друг в друге. Потребность в защите и заботе. Притяжение и глубоко укоренившееся нечто, бьющее током по венам, каждый раз, когда мы касаемся друг друга.

Я перевожу взгляд с окон и всматриваюсь вдаль. Жизнь в Лондоне вынудила забыть, как здесь красиво. Горбатые зелёные холмы, нависшие сизые облака, словно порванные по краям. Далеко маленькими белыми точками пасутся овцы. А с другой стороны дома видна зеркальная гладь озера в долине, в серо-малахитовом обрамлении гор.

Воздух здесь вынуждает дышать полной грудью. И даже отсутствие солнца не отражается на настроении: вдобавок, оно взлетает до высшей отметки тогда, когда я сосредотачиваюсь на силуэте Блейка, открывающем стеклянную дверь террасы с той стороны.

На его руках свернулся калачиком Честер: он привык к моему командиру ровно с того момента, как тот обнаружил его в соседской квартире. Я попросила Блейка отправиться к моему дому, едва пришла в себя – удивительно, что в череде первых мыслей стала не забота о себе, а озабоченность судьбой любимого Честера. Долго Блейку искать не пришлось: соседка сама зашла на порог развороченного Коннаганом жилья с жалобно мяукающим пушистиком в обнимку, торжественно объявив, что Честер успел хорошенько расцарапать лицо негодяя, прежде чем тот его оставил.

Надо будет по возвращению в Лондон поблагодарить миссис Блэквуд за то, что приютила бедное животное, несмотря ни на что.

— Эй, – тихо и ласково зовет Блейк, подходя ко мне ближе, и я, отложив плед, встаю на встречу, вытаскивая себя из мыслей.

Он осторожно укладывает Честера в соседнее кресло и улыбается мне. Кот довольно мурлычет, не размыкая хитрых глаз.

— Ты в порядке? – спрашивает Блейк дальше, и его улыбка затухает, когда я вкладываю свои ладони в прохладные его.

Вроде бы, обычный вопрос. Но мой командир – не тот, кто будет задавать его из вежливости. Я вижу мелькнувшую по загорелому, мужественному лицу тень обеспокоенности и стараюсь искренне улыбнуться в ответ:

— Да… – прижимаюсь к нему, зарываясь носом в шею, и вдыхаю родной аромат. Блейк крепко обнимает меня, прислонившись боком к перилам террасы. – Теперь я в порядке.

Знаю, что нам ещё многое предстоит пройти и обсудить; знаю, что в какой-то момент потребуется раскрыться, но сейчас отвечаю без утаек.

— Я обыграл Дэна со счётом пять-ноль, – довольно бормочет Блейк в мои волосы, запуская ладони под кардиган: они неспешно гладят меня по лопаткам, спускаясь ниже.

Жмурюсь от удовольствия и чувства умиротворения. Что-то такое я давно хотела услышать. Состояние, в котором давно хотела побывать. И пусть многое уже нельзя исправить, но… Блейк рядом, моя семья принимает его вновь, и мы так много испытали вместе за короткое время, что попросту хочется поверить в обыкновенное счастье. Вкусить его в полной мере.

— Он еще отыграется, – смеюсь я в воротник его свитера и, положив голову на сильное плечо, всматриваюсь в вересковые поля и нерушимую красоту холмов.

Прислушиваюсь к мерному дыханию Блейка и тщательно стараюсь запечатлеть этот момент в немного оцарапанном сердце и памяти.