Книга Опальная принцесса и запретный лес, страница 66 – Мария Ирисова

— Вот если бы мы к тёмным пришли, тогда я бы и не сомневалась… А тут лес нас задобрить пытается. Гляди, дом ему выстраивать не с руки — обычно таким чародеи занимаются, а лес вон как старается. Лестницу сделал…

— Из мха…

— Что под рукой нашлось, — пожимаю плечами, затем на окна киваю. — Видишь, как поблескивает? Но это ж не стекло, а фейская пыльца. Она может делаться прочной — ничуть не хуже металла. Посмотри! — указываю на дымоход. — Для нас даже печь сделали. Ваша аномалия — само очарование.

Князь на меня глянул, но комментировать ничего не стал.

— А те цветы, которыми тебя лес в ловушку поймал… Они и правда ценные?

— Для людей — нет, а вот для чародеев и фейри — во сто крат дороже золота. — Смотрю на Александра и вижу в серых глазах вопрос. — Ты знаешь, что фейри, как и чародеи, больше всего дорожат своей магией и стараются её приумножить.

— Мы, — тут он указал на себя, — истрийские воины тоже стремимся развиваться.

— Да, но вы скорее исключение, чем правило. До сих пор не понимаю, как ты или Данияр чары творите, вы же даже не полукровки.

Князь улыбнулся загадочно, но секретами истрийского могущества делиться не спешил.

— Ты про цветок рассказывала, — напомнил, а заодно шаг на крыльцо сделал, проверяя, крепкое ли.

— Ага, — согласилась и следом поднялась, носом воздух втянула. — Кедр… упоительно терпкий. Так вот, мимикрия сама по себе источник волшебной силы, а если сделать правильный отвар, то силу можно увеличить.

— И что обычный цветок может из чародея сделать древнего?

— Если бы… — я мотнула головой и порог домика переступила. В тот же миг внутри под потолком вспыхнули фонарики — разноцветные, размером с орех. — Как уютно! — ахнула, разглядывая зелёный стол, выполненный из огромного листа, а рядом два кресла — глубоких таких, что захотелось в них с ногами забраться. Ещё бы плед туда…

Лес будто мысли послушал, на одном из кресел сверкнула россыпь волшебных искорок, и там появился плед — зелёный и пушистый. Подошла ближе, цапнула — а он хвоей пахнет, но на ощупь как пух или как облако — невесомый, но пальцы мигом согрелись.

— Думаю, это здесь для тебя. Накинь, согреешься.

Князь плед взял и меня им укутал.

— Я пока печь растоплю, а ты погрейся, вон весь нос красный… — И пошёл хозяйничать. Главное — князя нисколько не смущал тот факт, что дом волшебный и ничего привычного здесь нет.

Интересно, а как бы повёл себя Ми… Рикардо? Смог бы вот так запросто обращаться со всем этим? Хотя… Принца в такую аномалию никаким ветром не могло занести.

Завернулась в плед, засмотрелась на мужчину. Такой большой, но совсем не выглядит неловким — наоборот, складывается впечатление, будто он перетекает с одного места на другое. Возле печи покрутился, потом на улицу высунулся, дров принёс — ещё несколько минут, и по воздуху поплыл дымок, намекая, что скоро станет тепло.

Александр повернулся, лицо хмурое, можно подумать какой-то вопрос ему покоя не даёт.

— А если зелье из цветка мимикрии я попробую? То я смогу видеть фейри?

Вопрос ошарашил, смотрю на князя, а губы так и норовят расползтись в ухмылке до самых ушей. Так ещё попутно чувство внутри такое появилось, необычное. Кажется истрийскую аномалию мы вдвоём на трофеи разбирать будем.

Ответить не успела — за окном послышался грохот. Сердце в груди трепыхнулось.