Книга Побег из рая, страница 108 – Полина Ром

У меня было ощущение, что меня облили мёдом или патокой, а теперь клеят на эту липкую жижу разноцветные пёрышки, которые мгновенно пристают к телу, вызывая зуд и раздражение.

Некоторые мужчины держали себя на равных с тай Йонасом, но большая часть заметно прогибалась перед ним. Улыбающиеся женщины старались быть милыми и любезными, но холодность и неприязнь я чувствовала гораздо сильнее. Пришедшие семьями задерживались возле нас, давая возможность своим молодым дочерям строить глазки галеристу и, подчёркивая красоту и невинность собственного чада, как бы сравнивали её со мной.

Я уже поняла, что для многих женщин тай Йонас – желанная добыча, и хотя галерист держал себя безукоризненно, ощущения у меня были весьма неприятные. Посетители как бы намекали на нашу с ним связь. Я изо всех сил старалась держаться и утешала себя тем, что это не настоящие зрители.

«Завтра в галерею будет открыт свободный доступ, и я увижу реакцию обычных людей. А это всё…светские игрища типа тех, что были у аристократов в день моего рождения.»

Сейчас я гораздо лучше понимала тай Марэн и была очень благодарна ей за поддержку. Именно она, почувствовав моё раздражение, тихонько шепнула:

— Держите себя в руках, тай Линна. Ваши нахмуренные брови завтра дадут возможность сплетничать и поливать вас презрением во всех гостиных планеты. Улыбайтесь, тай Линна. Слава часто начинается вот с такого… У нас осталось ещё два интервью для разных каналов местного визио, потом ужин, а потом вы сможете отдохнуть.

Интервью, как ни странно, прошли достаточно легко. Во-первых, перед ними я получила распечатанный текст: вопросы и ответы. Тай Марэн долго выбирала ракурс, с какого меня следует снимать, но наконец дала добро. Она никуда не уходила, бдительно следя, чтобы всё шло именно так, как нужно.

Якобы совершенно случайно в процессе интервью к нам подошёл тай Йонас и помог ответить мне на часть вопросов. Всё это было прописано и срежиссировано, но когда журналисты повернули ко мне камеру и дали возможность на маленьком экранчике просмотреть засняты кадры, даже я не заметила никакой фальши.

Перед зрителями сидела миловидная юная девушка, свободная и раскованная, отвечающая от души. И лощёный тай Йонас, «случайно» наткнувшийся на сцену интервью, смотрелся именно так, как нужно: богатым, властным, могущественным. Становилось ясно, что у этой девушки на экране есть существенная поддержка галериста, что она – его протеже и сказать что-либо резкое в её адрес – пойти войной на тай Йонаса.

К тому моменту, когда вся эта бурлящая толпа начала расходиться, я чувствовала себя основательно вымотанной. Но, как выяснилось, банкета я опасалась зря. Во-первых, приглашённых было меньше двадцати человек и среди них практически не было хищных светских дамочек, и озабоченных мамаш с дочками на выданье. Зато были приглашены коллекционеры и те, кто, как тай Йонас, занимался продажей картин.

Во-вторых, сам банкет проходил в отдельном кабинете и, буквально сразу после аперитива, вся толпа присутствующих забыла обо мне. Они обсуждали живопись, спорили о каких-то непонятных мне деталях в работах известного местного художника, обсуждали недавно введённый налог на роскошь, говорили о цветовой гамме последней коллекции какой-то галереи и, в целом – гораздо больше были заинтересованы в своих собеседниках, чем во мне.