Книга Побег из рая, страница 105 – Полина Ром

Большей частью это были какие-то классические произведения, не слишком понятные мне, но попалась так же и пара авторов из тех, о которых педагоги упоминали во время моего обучения. Одного из них я даже читала. Как ни странно, последний попавшийся мне роман о молоденькой девушке, бунтующей против слишком властной матери и проходящей сложное начало жизненного пути, оказался достаточно захватывающим и читала я с удовольствием.

Но, наконец-то, позвонил тай Йонас и достаточно радостно сообщил мне, что все получилось – при этом не уточняя что именно «всё» -- и открытие выставки будет в эти выходные.

— Тай Линна, тай Марэн докладывала мне, что у вас возникли некоторые разногласия по поводу одежды. Не могли бы вы положиться на её вкус и…

— Тай Йонас, это выставка моих картин, а не моей персоны, -- беззастенчиво перебила его я. – Достаточно того, что я буду одета прилично в хороший дорогой туалет. Я не собираюсь выставлять себя на потеху публике, даже если тай Марэн находит это очень модным. Не сочтите меня неблагодарной, тай Йонас, но честное слово, я не настолько заинтересована в выставке…

Кажется, господин галерист не ожидал от меня этакой скрытой агрессии и после паузы размеренно проговорил:

— Прошу прощения за принесенные неудобства, тай Линна. Было бы желательно, если бы завтра и послезавтра вы присутствовали в галерее, чтобы посмотреть, как мы подготавливаем экспозицию. Возможно, у вас появятся какие-то замечания по поводу размещения картин и у нас будет около пяти дней, чтобы учесть их.

На следующий день тай Йонас встретил меня и тай Марэн и лично водил по залам, где были развешаны мои работы. Он и в самом деле оказался профи в своей работе. Я вынуждена была отдать ему должное. Почти все картины висели так, как будто он обсуждал со мной место для каждой. Как ни странно, у него действительно были и вкус, и понимание. А я сама во время этого прохода по пустым и немножко гулким залам, где негромко переговаривались рабочие, разбивая шёпотом почти музейную тишину, испытывала странные чувства. Я первый раз видела свои работы обрамлёнными в подходящие рамы, подсвеченные так, как этого требовали краски и цвета, и…

Они мне не просто нравились. Может быть я и оказалась пристрастна, оценивая собственные работы, но каждая из них отзывалась у меня в душе тем самым настроением, теми самыми эмоциями, которые я и испытывала берясь за работу. Это было так странно и необычно!

Первый день выставки был закрытым -- всё только для избранных. И хотя в галерее толпилась куча народу, все они были не простыми посетителями.

— Вы слабо себе представляете, тай Линна, чего стоило вызвать такой ажиотаж среди местной аристократии. Тай Йонас задействовал все свои силы. Всё-таки он – гений! Пригласительные билеты на вашу выставку перепродавали на чёрном рынке за совершенно сумасшедшие деньги! – негромко проговаривала тай Марэн, стоя за мои левым плечом и посылая вежливые улыбки оглядывающимся на нас людям.

Неподалёку тай Йонас беседовал с каким-то сухощавым старичком, заметно пренебрегавшим своей внешностью. Нет, этот дедок не выглядел как бомж, скорее – как учитель из провинциальной школы. На фоне разряженной толпы, где женщины были в роскошных вечерних туалетах и дорогих украшениях, а мужчины носили некое подобие смокингов, расшитых теми самыми модными картинками, этот старичок выглядел как обслуживающий персонал. Только вряд ли он был этим самым персоналом – слишком уж почтительно склонялся к нему тай Йонас, крайне внимательно слушая всё, что говорит собеседник.