Книга Сделка с драконом. Мачеха поневоле, страница 49 – Дита Терми, Эя Фаль

Я заметалась по хижине в панике.

В углу, хвала всем местным богам, нашлась аккуратная охапка сухих поленьев и старое кресало с кремнем. Окоченевшими непослушными пальцами я принялась отчаянно высекать искры, сдирая кожу в кровь, пока спасительное пламя наконец не занялось в пыльном очаге. Огонь весело загудел, пожирая сухие ветки, и обдал моё лицо благословенным жаром.

Я бросилась к Кайлэну, пытаясь подтащить его тяжелое тело поближе к камину, но тут же с ужасом поняла, что всё это абсолютно бесполезно. Жар от пылающих дров просто не доходил до него, разбиваясь о невидимую морозную стену, отходящую от его кожи. Этот лёд шёл не снаружи. Он сковывал его изнутри, от самого сердца. А значит, обычное пламя не согреет дракона, чья обезумевшая магия решила заморозить его насмерть, чтобы не дать жидкому огненному яду добраться до мозга. Ему нужно было другое тепло, способное перебить инстинкт смерти...

Тепло его пары.

«Какой к черту сюжет, какие интриги... – билась в голове паническая мысль. – Если он сейчас умрёт на этом грязном полу, то и моя жизнь тут потеряет всякий смысл!».

Я приняла решение за секунду. Отбросив все остатки земного стыда, комплексов и страхов перед этим неконтролируемым монстром, начала лихорадочно стягивать с себя одежду – порванный плащ, шерстяное платье, нижние юбки, корсет... всё полетело на пыльный пол. Воздух хижины обжёг мою обнаженную кожу страшным морозом, и зубы тут же выбили дробь, но я не обращала внимания. Энергично стащила с пыльной лежанки в углу тяжелые медвежьи шкуры и накрыла ими бьющегося в конвульсиях Кайлэна. А затем смело, не давая себе времени на сомнения, забралась под эти шкуры прямо к нему.

Я прижалась всем своим телом к его каменно-ледяному торсу. Обхватила руками и ногами, прижимаясь так тесно, как только могла, отдавая ему каждый градус своего тепла.

Кайлэн вздрогнул так сильно, что шкуры слетели бы с нас, не держи я их. Его мышцы напряглись в каменные глыбы, готовые для смертельного удара, и сквозь полумрак я видела, как он скалит клыки прямо перед моим лицом. Он собирался разорвать меня за это вторжение.

Но наконец сработало его чутье.

Кайлэн шумно втянул носом воздух и уловил в нём запах его истинной пары, женщины, которая добровольно легла к нему под шкуры, чтобы спасти. Инстинкты древнего зверя, рычащие об опасности, мгновенно перемкнуло.

Он издал вибрирующий звук, похожий на стон раненого животного, и вдруг жадно обхватил меня своими ледяными ручищами с такой силой, что у меня затрещали ребра, а из лёгких выбило весь воздух. Я задохнулась от боли и пронизывающего холода, но заставила себя прижаться щекой к его груди.

— Я здесь, Кайлэн. Я с тобой. Грейся, – шептала ему сквозь стучащие зубы, гладя его спину.

Моя искренность и жар моего тела делали невозможное. Лёд на его коже начал медленно, неохотно плавиться, превращаясь в воду, и дрожь, сотрясающая его тело, постепенно стихла. Зато градус сцены неуловимо, но неотвратимо изменился.

И то, что началось как отчаянная медицинская мера выживания, в замкнутом пространстве под шкурами вдруг превратилось во что-то совершенно иное.

Всё ещё находясь в полубреду, Кайлэн инстинктивно потерся носом о мою шею, вдыхая мой запах, и его горячее прерывистое дыхание обожгло мою ключицу. Его руки, до этого просто удерживающие меня как спасательный круг, начали блуждать по моей голой спине, прижимая меня ещё ближе. В этом не было ничего от красиво вылизанных прелюдий из любовных романов. Просто грубое, дикое и жадное утверждение жизни на краю смерти.