Книга Последний дракон Вирхарда, страница 40 – Антонина Штир, Бренда Горст

Всё так перепуталось, и я уже не знала, где истина, а где ложь. Если Адрес прав и не только Варис был мерзавцем среди драконов, то и не все люди плохие? Если подумать, Эмма мне помогла, возможно, догадываясь, кто я такая, значит, она хорошая? Но сердце отказывалось смиряться с очевидным, и я упрямо мотнула головой.

— В тебе говорит ненависть к драконам. Мы никогда не нападаем первыми и уж точно не гадим исподтишка.

— О нет, вы так не делаете! Вы нападаете в открытую, а когда люди сопротивляются, устав выплачивать непосильную дань, вы просто сжигаете их посевы и уничтожаете их скот. Я был пару лет назад в Рамере, когда драконы прилетали. Так что не говори мне о добрых и великодушных ящерах.

Адрес говорил отрывисто, резко, выпуская слова, как стрелы, и они достигли цели. Я не смогла ничего возразить, ведь знала только одну сторону медали — ту, что мне показывали. Опустив взгляд в землю, я растёрла босыми ногами дорожную пыль (убегая из дворца, мы совсем забыли про мою обувь) и вдруг почувствовала лёгкое прикосновение к щеке. Медленно подняла глаза — Адрес стоял рядом и, кажется, уже не злился.

— Послушай, Марика, — тихо сказал он. — Ещё тогда, в трактире, я понял, какую боль ты скрываешь внутри. Ты, конечно, можешь попытаться заглушить её местью, но, поверь, это не сработает. Поэтому я и не дал тебе убить князя. Ты не похожа на остальных драконов, Марика, и я хочу, чтобы так оставалось и дальше.

Моё изумление, видимо, отчётливо проявилось во взгляде, и Адрес усмехнулся:

— Есть такое слово — сострадание. Если оно тебе, конечно, знакомо.

О да, я умела сострадать до того, как убили драконов. А теперь — даже и не знаю.

— В моём сердце не осталось места для добрых чувств. Впрочем, — вспомнила я, — недавно спасла одну женщину из озера.

— Так это была ты, — восхищённо присвистнул Адрес. — Слышал мельком эту историю, впечатляет. Похоже, не всё потеряно, Марика, ты ещё можешь найти своё место в жизни. А я буду рядом, если захочешь.

Рука его опустилась, оставив после себя ощущение тепла и покоя. Может быть, мир и правда состоит не только из горя и боли.

— Пойдём через лес, — объявил Адрес на следующем привале. — Восточный тракт — слишком очевидно, там нас и будут искать.

— Согласна, но… куда мы бежим? У меня больше нет дома, вряд ли я могу жить в Вирхарде одна.

— Для начала в Рамеру или Ормеон, а там сядем на корабль — и на соседний континент. Ты никогда не была так далеко?

— Нет, я не знаю ничего в этом мире, кроме Вирхарда. Но всегда хотела побывать в других странах. А ты, наверное, полмира объездил?

Адрес улыбнулся воспоминаниям, видно, и правда где только не воевал. Он лежал на траве, закинув руки за голову, и смотрел в небо. Облака рваным одеялом стелились над землёй, казалось, на них можно улечься и сладко задремать, вытянув ноги. Вот бы рассечь облака крыльями, разорвать в клочья и выпустить пару струек огня. Я украдкой покосилась на браслет — вот гадство! Может, признаться Адресу? Но, подумав, я отвергла эту мысль — мне не хотелось выглядеть перед ним слабой, а он всё равно ничем мне не поможет.

Вздохнув, легла рядом с наёмником на траву. Я мысленно чаще называла его по роду деятельности — имя никак не хотело ложиться на язык. В сущности, я даже не знала этого человека, несмотря на то, что он не раз помогал мне выкручиваться из неприятных ситуаций. И я пока не понимала, хочу ли узнать его лучше, ведь узнавание означало привыкание, а привыкание — интерес, а там уже и до любви недалеко. В дружбу мужчины и женщины я не верила, к тому же я драконица. Как показала жизнь, потомство у драконов и людей рождаться может, но полноценное ли оно, пока неизвестно.