Книга Пончик для Пирожочка, страница 22 – Элис Айт

— Куда угодно — это на оружейный завод, что ли? Других мест у нас сейчас для женщин-магов нет. Да и о тебе я вообще-то тоже беспокоюсь. Или ты думаешь, мне плевать на то, что моя лучшая подруга будет гробить здоровье? — обиделась я.

— Ладно, ладно, — примирительно сказала Минни. — Я могу еще спросить у тетки, чем они кормят Пирожка. Если тебе, конечно, интересно.

Я скромно отвела глаза.

— Ну, если тебе не сложно…

Она хихикнула.

— Надеюсь, ты заткнешь Гарта за пояс. Кто-то же наконец должен.

— И лучше бы не Фейманы, — согласилась я, думая о наших конкурентах.

— С теткой мы встретимся завтра вечером, вот тогда и выспрошу ее, а потом сразу побегу к тебе. Так что рано спать не ложись! — погрозила Минни пальцем.

Я кивнула.

Не лягу. Ни за что.

Утром я первым делом выспалась.

Сегодня меня отпустили на полдня, чтобы я могла сходить в колледж и выяснить все про волдога. Хотя я собиралась пойти туда относительно рано, часам к девяти утра, чтобы библиотека успела открыться, а библиотекари — попить чай и настроиться на рабочий день, для кондитера это был уже поздний час. Чтобы посетители могли с утра, перед работой, перекусить булочкой и получить от этого настоящее удовольствие, выпечка должна быть свежей, в идеале еще теплой, если это касается пирожков и сдоб. А сначала нужно замесить тесто, дать ему взойти, подготовить начинку, потом поставить изделие в печь и иногда держать его там два часа…

Конечно, мы, маги, умели экономить время. Например, тесто у нас поднималось в зачарованных емкостях, благодаря которым это происходило быстрее и было не страшно оставить опару на ночь. Начинку по пирожкам Гарт наловчился распределять одним взмахом руки, с помощью отточенных воздушных чар. Минни навострилась стремительно смазывать пирожки яйцом перед выпечкой, даже не прикасаясь к кисточке — та бегала по аккуратным комочкам теста сама. И вуаля! Там, где обычный пекарь будет возиться три часа, мы справлялись за полтора.

Но вставать все равно приходилось раньше, чем многим другим. Обычно я уходила на работу, когда родители еще спали, а сегодня удалось застать их обоих за завтраком. Правда, на сей раз это я «опаздывала», а они уже убегали на работу.

Мама шлепнула передо мной на стол миску каши и засмеялась:

— В кои-то веки материнской стряпни поешь. Без магии небось и невкусно!

— М-м-м… Мтвоя готофка фшегда идеальна, м-м, — промычала я, набивая рот овсянкой.

Орешки хоть и были вкусными, но полноценным ужином это назвать не получалось, так что к утру я здорово проголодалась и чувствовала себя немного волдогом — съела бы сейчас и кабана. Сырого. Прямо с копытами…

— И все-таки вас в кафе точно кормят? — с сомнением уточнил папа, допивая утренний чай и наблюдая за тем, как стремительно я поглощаю завтрак.

— Точно-точно. У меня просто растущий организм.

— Вширь, — хмыкнула мама и взъерошила мне волосы. — Ну все, я побежала.

За ней умчался и папа, которого на фабрике ждали красильщики. Я сгрузила посуду в тазик для мытья и привычно отправила тряпку саму «ползать» по грязным тарелкам, а сама быстро оделась, затем вытащила уже чистую посуду, сполоснула свежей водой и тоже заспешила по делам.

Солнце уже давно встало, но небо оставалось хмурым. Лицо обдувал колючий ветер, под ногами хрустел ледок. В конце октября ночные заморозки никого не удивляли. Еще две-три недели — и земля укроется пушистым слоем снега.