Книга Фея для ректора, страница 86 – Ольга Райская

— Мы будем уже сегодня говорить о деле? — взмолилась я.

Пот выступил на лбу, а голос так дрожал, что я едва его узнала. Мямля! Мямля и слабачка!

Впрочем, кажется, в грезах здесь пребывала не я одна. У Уоррвика был такой мечтательный взгляд, что его мысли при желании можно было бы ощутить физически. Древний пройдоха Уррс хихикал где-то рядом и не мешал нам… предаваться воспоминаниям о былой страсти.

— Ах да, дело! — спохватился Уоррвик.

Он тоже поспешно сел, положил ногу на ногу и, чтобы я тоже ничего не заметила, прикрыл пах старинной большой картой, которая лежала тут же, на столе.

— Я понимаю, Карина, что ты винишь Уррса в моем незавидном положении. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что ты готова заступиться за меня перед всеми. Будь то призрак или весь совет старейшин, но все же лорд Васс, когда я ему рассказал о твоем видении и библиотеке, помог отыскать один тайник, где хранились некие чертежи, — произнес ректор.

— У тебя уже прекрасно получается защищать себя, я же не терплю несправедливости, а у вас здесь ее слишком много. И законы один другого глупее. Возможно, так диктовали вам обстоятельства, но это неправильно! — воскликнула я и едва не подскочила с места.

— Позвольте полюбопытствовать, сударыня, что вы считаете неправильным, кроме груза родовой ответственности, которая легла на Вика? — спросил Уррс.

— Груз родовой ответственности? — усмехнулась я. — Вы так это называете?

— А как бы вы это назвали? — прищурился призрак, и его лицо вновь превратилось в хищную морду.

Ага, сейчас! Бегу и волосы назад! Вот прямо в эту секунду и испугаюсь! Я, знаете ли, дяденька, богиню видела и кота говорящего, так что все призрачные страшилки мне до лампочки.

— Я бы назвала это халатностью, непорядочностью по отношению к потомкам и предательством. Подставой подстав, короче.

— Подстава подстав… — задумался Уррс. — Любопытное и очень точное определение. Продолжайте, сударыня, вещать о несправедливостях Итлана, прошу вас. Давно не слышал столь свежих, словно глоток прохладного живительного воздуха, мыслей.

Ах, мыслей ему хочется? Да у меня их столько, что могу перечислять до утра.

— Если бы не Алька, ваши целители убили бы паренька, а ведь когда-то мурраны владели техникой излечения подобных недугов. Я мало знаю о вашем мире, но не будь способа, то Уоррвик его не предложил бы, — выдохнула я.

— Согласен, — кивнул призрак.

Согласен он… Мог бы сам пошуршать лапками, а не ждать девчонок из другого мира, чтобы думали за мудрых магических котов.

— Я прекрасно понимаю слова долг и честь, но ведь есть еще любовь. Понимаю вашу проблему со смертностью самок и желанием облегчить их короткую жизнь, но, может быть, просто дать им прожить эту жизнь так, как они хотят сами? Учиться, возможно, сражаться рядом, дружить, заниматься спортом, гулять и путешествовать, влюбляться, наконец, а не выбирать самца-производителя. Вдруг волшебство… Я хотела сказать — магия. Вдруг она в неволе умирает, как и любовь?

Уоррвик смотрел на меня округлившимися от удивления глазами, в то время как Уррс лишь ухмылялся и согласно кивал.

— В общем, я бы еще многое могла сказать, но завтра девочки уезжают, я бы хотела успеть попрощаться и хоть чем-то облегчить их миссию, — закончила я.

— Магия и любовь умирают в неволе… — повторил за мной Урсс. — Недурно! Клянусь Муррой, недурно! И так созвучно моим мыслям! Удивительно! И знаешь что, Карина?