Книга Фея для ректора, страница 40 – Ольга Райская

И магистр взял в руку кулон, который висел у него на груди. Мурраны все, когда требовалось усилить магию, пользовались подобными вещицами — это я тоже приметила. Нужно будет у Муррлока спросить, где такую штуковину достают. Реально же чудеса творит.

Но пока было как-то не этого.

Кссандер не шелохнулся. Он продолжал стоять напротив отца, ожидая, когда тот отнимет у него жизнь, которую когда-то сам же подарил.

— И что ты стоишь, как столб? — потыкала в широкую спину Варька. — Дашь ему себя убить?

— Он в своем праве, — едва слышно отозвался ее куратор.

Магистр тоже услышал эти слова. В его душе шевельнулось что-то хорошее, теплое, а в ауре будто расцвел цветок удивительной красоты. Так выглядела надежда. Жаль, что мурран ее почти сразу погасил, возвращая прежние чувства: тоску… уныние… существование без цели.

— Фигу! Ни в каком он не в праве! — заявила Громова и… конечно, выступила вперед. — Права на сына имеет только отец, а этот от тебя отказался. И ты, милый мой, теперь ничей. Свой собственный. Поэтому как все самостоятельные особи принимаешь собственные решения.

— Если я свой собственный, то почему милый? И почему… твой? — усмехнулся Кссандер.

— Так карта легла. И вообще, не переводи тему, — нахмурилась Варька и посмотрела на магистра: — А вы там давайте уже гасите свой фейерверк. Не до праздников сейчас.

— Тебе следует отойти, человечка. Мой гнев больше не направлен против тебя, — и огненный шар ярче вспыхнул на ладони Арсса-старшего.

Вот только применять он его не спешил, хотя и думал, что так будет лучше. Кому лучше? Почему лучше? Даже читая ауры, я решительно ничего не понимала, а уж Варька тем более.

— Какой вы, право, агрессивный, мужчина, — ответила ему Громова. — Спички это, я вам скажу… детям не игрушки. Опустите свой шарик, пожалуйста. И давайте поговорим спокойно.

— Нам не о чем говорить! — выкрикнул магистр. — Кссандер, моя решимость имеет границы. Убери девушку. Лучше тебя убью я, чем твари темных миров. Выбор должен быть верным. Всегда.

Я никак не могла постичь логику отца, который хочет убить сына и считает убийство лучшей долей. Но дело было не только в этом. Меня не покидало ощущение, что я здесь вовсе не ради Варьки, Кссандера и его отца, а совсем по другому случаю.

— Варвара, пожалуй, тебе стоит прислушаться к моему отцу, — неожиданно произнес Кссандер. — Если ты считаешь, что у меня есть выбор, то я его делаю. Отойди в сторону.

Громова резко обернулась к своему блондину и в ее глазах была растерянность.

— Почему?.. — прошептала она. — Он же от тебя отказался…

Ее аура была такой яркой и радужной, что хотелось прикрыть глаза. Проблема в том, что у бестелесных сущностей не бывает глаз, и мне приходилось смотреть на это буйство эмоций и переживаний. Не знаю, как выглядела бы любовь, но Громова испытывала к Кссандеру не только чувство ответственности.

— Он отказался, а я нет, — улыбнулся блондин. — Иди, девочка. Я справлюсь. Сам.

Варька вздрогнула, сделала шаг в сторону, но потом вернулась обратно и встала лицом к отцу своего куратора.

— Кегли готовы, катите свои шары, магистр, — улыбнулась она.

Мне хотелось тоже туда, к «кеглям», потому что то, что они делали, казалось неправильным и мне, и Арссу-старшему.

— Кссандер, убери свою человечку, — рыкнул он. — Мурраны не забирают чужую жизнь без веских оснований.