Книга Создатель злодейки. Том 1, страница 36 – Sol Leesu

— Позвольте хотя бы ослабить корсет, м?

Грудь сдавило так сильно, что я не могла ни вздохнуть, ни удерживать осанку. Казалось, я сейчас просто умру, к тому же все съеденное утром грозило выйти наружу.

— Просто потерпи еще десять минут, и я позволю тебе почитать книгу, которая лежит на твоей голове, – сказал Киллиан, доставая из кармана часы и сверяясь со временем.

Едва появившись на горизонте, он тут же полностью вжился в роль гувернера и личного дворецкого, решив, по-видимому, зарубить мою ленивую жизнь на корню.

Как только я согласилась принять его помощь, вся моя решимость мигом дала трещину.

Больше всего меня раздражало то, как идеально он подбирал время для применения кнута и пряника – когда я чувствовала себя подавленной и хотела сдаться. Не успевала я опомниться, как уже внимала ему.

Киллиан казался опытным дрессировщиком, и для него я, вероятно, была не более чем редким зверьком, которого он намеревался приручить и воспитать.

«Не слишком ли далеко он зашел?..»

Если бы он и правда уважал меня как дочь знатного рода, то не обращался бы со мной подобным образом. Самым пугающим было то, что он мгновенно понял, чем я дорожила больше всего.

— Как вы вообще поняли, что я большая фана… то есть как вы поняли, что мне нравятся книги?

— Комната, полностью заставленная различными изданиями, говорит сама за себя. Ты так бережно их хранишь.

— Вы ведь не стали выведывать это с помощью своей странной способности у слуг, да?

— Отрицать не буду. Так что, если не уверена, что сможешь защитить то, что тебе дорого, не держи это на виду. Если не хочешь потерять все разом.

Вот уж по-настоящему злодейская реплика.

Киллиан улыбнулся, вероятно, думая о том, как легко было найти мое слабое место. Сейчас он выглядел настоящим злодеем – куда большим, чем Айла из романа.

— И кстати, – неожиданно сказал он, – почему ты с самого начала обращаешься ко мне на «вы», да еще и так обыденно?

Почему я использую формальную речь? Ну…

— Потому что вы выглядите старше меня.

— Вот это ответ, достойный благородной леди.

— …

Двадцать восемь лет, проведенные по заветам конфуцианства, невольно дали о себе знать, и я ляпнула какую-то ерунду. Ладно, признаю́: во мне нет ни капли дворянской утонченности. Так что можно было и не язвить.

Я поспешно начала оправдываться:

— Обычно, когда кому-то угрожают смертью, он старается вести себя почтительно, разве нет?

— Хм… звучит довольно разумно.

Я уже было обрадовалась, что аргумент сработал, но следующие его слова тут же разбили мою надежду вдребезги.

— Как бы невежественна ты ни была, любой человек, родившийся на этой земле, лишь услышав слово «колдовство», уже дрожит и просит о милости богов. А ты… ты будто боялась лишь одного… того, что я тебя убью.

С этим трудно было не согласиться. Похоже, я всем своим поведением показывала, что не принадлежу этому миру.

Я ведь старалась: читала книги, пыталась впитать как можно больше знаний об этом мироустройстве… но, видимо, у меня было катастрофически мало времени.

Я понимала, что в Империи Лете колдуны считаются преступниками уже по факту своего существования и потому заслуживают смерти. Но это никак не укладывалось в моем сознании по-настоящему. Волшебники, маги, колдуны – для меня все они казались одинаково фантастическими.