Книга Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю?, страница 143 – Аелла Мэл

И чтобы переступить через своих «чертей» в голове, я пришла к Кристине. Уже не в первый раз. Она давала советы — один мудренее другого. Я с улыбкой, довольная, шла домой, думая: «Всё, сейчас получится!» А нифига! Как только видела Марата — вся смелость испарялась, оставляя только смущение и этот дурацкий ком в горле.

Потому Кристина сейчас и орала на меня. Её терпение лопнуло. Советы закончились. Наступила эра радикальных мер.

— Пей! — она поставила передо мной чашку.

— У меня уже есть чай, — я с недоумением перевела взгляд со старой кружки на свежую.

— А это не чай, — Кристина ухмыльнулась как-то странно, даже зловеще. — Скажем так… успокоительные травы.

— А эти… травы, — я осторожно отодвинула чашку подальше. — Разрешены в нашей стране? Меня за это на виселицу не отправят?

— Кому ты нужна на виселице? — фыркнула она. — Разрешены. Пей!

— А…

— Если ты сейчас же не сделаешь этого, я тебя больше на консультации принимать не буду! — отчеканила она. — И вообще видеться с тобой без присутствия твоего мужа не стану!

— Это шантаж!

— И что? — она сложила руки на груди. — Пей, я сказала!

С опасением глядя на неё, я взяла чашку и сделала крошечный глоток. На вкус… приятно. Немного странно, терпковато, но в то же время сладко. Я сделала ещё глоток, потом ещё. И сама не заметила, как допила до конца под её пристальным взглядом.

— И что это было? — спросила я, вытирая губы.

— Успокоительные травы, сказала же, — хмыкнула она. — Сейчас ещё принесу.

— Не много ли будет успокоительного? — попыталась возразить я.

— Нет! — крикнула она уже из коридора. — Тебе вообще надо целую бутылку!

Она вернулась с новой порцией и снова поставила передо мной. Я послушно выпила. Потом ещё одну. Вкус становился всё приятнее, а настроение само по себе ползло вверх. Тревоги, терзавшие меня последние недели, куда-то отступали. Мир становился добрее и ярче.

— И что дадут мне твои травы? — спросила я, уже улыбаясь.

— То что надо! — Кристина подмигнула. — Пойдёшь домой — и сразу обними мужа. А потом и поцелуй. И не надо стоять и думать! Иначе сама приду и поцелую его!

— Это мой муж! — воскликнула я, и во мне неожиданно вскипела ревность. Самая настоящая, жгучая.

— И что? — Кристина усмехнулась. — Муж твой, а ты даже не целуешь его! Держишь мужика на сухом пайке.

— Пожалей его ещё, — съязвила я, допивая третью (или четвёртую?) чашку. Настойка и правда была вкусной. И с каждым глотком мне всё больше и больше нравилось. Мир вокруг словно подёрнулся лёгкой дымкой, но стал каким-то… ватным и уютным.

— Мне его уже давно жалко, — Кристина налила и себе такую же порцию. — За твоё здоровье!

— А тебе зачем эти травы? — я икнула, пытаясь сфокусировать взгляд на её лице. Оно почему-то расплывалось и двоилось.

— Ты все нервы мне вытрепала, лечусь, — ухмыльнулась она, залпом выпивая свою порцию. — Всё, я вызываю тебе такси, и ты едешь домой. Марату напишу, чтобы бежал. А вашу малышку… я договорюсь с Миланой. Она заберёт её к себе.

— Не надо, — запротестовала я, чувствуя, как язык заплетается. — Я сама заберу из сада свою дочь!

— Ну да, конечно, — Кристина уже тыкала в телефон. — В общем, Амира едет к Милане, а ты… а тебя, кажется, я отвезу домой. Поехали.

Дальнейшее помнилось урывками, как в тумане. Кадры: мы в машине, я ругаю Кристину за моё состояние. Она смеётся. Потом подъезд, лифт, дверь. Дверь открывает Марат, и Кристина, толкнув меня прямо ему на грудь, захлопывает нашу дверь с той стороны и уходит.