Книга Его строптивое счастье, страница 36 – Анна Мишина

— Давай выкладывай, я же вижу, что тут без тебя не обошлось, — настаиваю на своем.

— Макс, что ты пристал к ребенку? — заступается Вадик.

— Я не с тобой разговариваю, — осадил братца. — Лика? Я тебя внимательно слушаю.

— Ну что сразу Лика? Я просто ее угостила конфетой, — и взгляд невинной овечки. — Но она ей не понравилась, видимо.

Лука заливается хохотом.

— Что за конфеты? — удивляюсь.

— Обычные, — вздыхает девчонка.

Лука продолжает закатываться от смеха, держась за живот.

— Или говорите, что натворили, или я лишаю вас на выходных всех развлечений, — приходится угрожать.

— Да конфеты, со вкусами. Она сама выбрала. Я не виновата, что ей попался именно этот вкус.

— Что за конфеты, черт возьми? С какими еще вкусами? — чувствую себя идиотом, потому что и Вадик начинает ржать.

— «Джелли Бэлли», пап, конфеты со вкусами. Просто ей попался вкус соплей, — нагло улыбается эта шкодина.

— Со… Чего? Боже, какая гадость! Откуда у вас это?

— Дядя Вадим подарил, — довольно улыбаются дети. — Там вообще много прикольных штук.

— Вадик! — перевожу взгляд на брата.

— Ну а я чего? Я же не знал, что тут будут такие гости и что конфеты не придутся им по вкусу. Извини, эти конфеты знают все мелкие, — пожимает плечами.

— Считай, дядя Вадим спас тебя от внимания этой Виолетты, — закатывает глаза дочь. — Я просто чуть-чуть помогла, — усмехнулась.

Взяла Луку за руку и потащила к окну, смотреть на салюты.

Вот чертята! Даже не знаю, ругать или не стоит?

— Я не понимаю, что произошло, — стоя на улице и наблюдая за фейерверками, щебетала мать. — Ты девочку ничем не обидел?

Я недоумевающе уставился на родительницу.

— Мам, тебе придумать нечего? — сдавать собственного ребенка я не собирался. Хоть я ее отчитал за эту проделку, но в итоге поблагодарил. На что Лика закатила глаза и усмехнулась. Никогда не задумывался, как дети бы восприняли женщину, которую я мог бы привести в дом.

— Детям нужна мать, — твердит мама. — Лике особенно, она девочка.

— Так, по-твоему, надо каждую встречную пихать нам с детьми под нос? Возьмите, оцените, хороший экземпляр? Так, что ли, мам? — возмутился.

— Нет, ты все переиначиваешь, — шикает на меня. — Я же за тебя переживаю. Ты сколько лет один? У тебя вообще за это время кто-то был? Или ты в монахи записался?

— Так, вот только давай ты не будешь лезть в мою постель, — рыкнул на нее. Мама тут же осеклась.

— Ни к чему хорошему это не приведет, — буркнула уже себе под нос. Но так, что я услышал.

— Что именно, мам? Кажется, я не был замечен в подозрительных связях… Налево и направо своим биоматериалом не раскидываюсь, так что не переживай, мои дети у меня единственные.

— В том то и дело. Что у тебя только дети. А тебе нужна жена. Ну кто за тобой будет ухаживать, кормить?

— Мы будем ухаживать и кормить, и любить тоже будем мы, — влезла Лика, нахмурившись смотря на свою бабушку.

— Когда разговаривают взрослые, детям нечего развешивать уши, — отчитала ее мать.

— Мам, — я устал с ней спорить. — Все, что мне надо, у меня есть. И на этом точка. Давай больше не будем устраивать смотрины. Если тебе некуда деть свои сватовские способности, то вон, на Вадике потренируйся, а?

Больше мы в эту ночь не возвращались к этой теме. Лишь пару раз мама сетовала, что гости уж больно быстро сбежали.