Книга Тень. Человек без лица, страница 36 – Галина Кор

Время после обеда тянулось долго. Но спасибо Авроре, она и правда старалась не попадаться мне на глаза, что-то там делала рядом с Аркадичем. А Семен, как верный пес, таскался следом за ней. Главное, что радовало меня, на все его подкаты она не обращала внимание. Сотый раз ловлю себя на мысли, что меня это радует. Хотя какая мне разница, кто там пялится на ее ноги…, красивые и… ровные…, и… Уууууууу!!! Мозг, отзовись… Белка-белка, я барсук..., прием!

В начале пятого меня вызвал главврач, как он сказал, на пару минут. И вот я уже два часа сижу на совещании вместе с коллегами, и слушаю этот нескончаемый плач: о том, как тяжко жить главным врачам, что оборудования нет, финансирования нет, специалистов нет… Короче — жопа.

Расходимся в семь. Иду в свое отделение. Прохожу по коридору к общему залу, где проводят вскрытие и что вижу? Аврора сидит на подоконнике и курит… сучка. В руках у нее история болезни пациента, который лежит на столе. Она зачитывает в голос заключение лечащего врача, все диагнозы мертвого пациента и при этом затягивается сигаретой, щурясь от дыма, который попадает в глаза. Семен стоит возле трупа и ковыряется в нем, погрузившись чуть ли не по локти. Они по-свойски разговаривают, смеются и что-то обсуждают. Внутри поднимается буря! Черт возьми, мне неприятно, что ей без меня хорошо. У меня появились к Авроре, прямо-таки скажу, собственнические чувства. Я её спас, я её вылечил, я её кормил — это моя игрушка! Я, как взрослый мужик, задаюсь вопросом, что может это ревность? И что я могу ответить сам себе, если я не знаю, что такое любовь, что такое ревность, что такое преданность, и весь остальной спектр эмоций и чувств, которые свойственны обычному среднестатистическому человеку. Это не потому, что я такой бесчувственный, а потому, что меня никто не научил их испытывать. С кого мне было брать пример? С родителей алкашей?

Я стою так, что меня не видно, но эта парочка — как на ладони. Я не улавливаю смысла их разговора, потому что даю оценку себе, я внутри себя…, глубоко. Я не знаю, какая должна быть нормальная женщина. Я не знаю, как это быть любимым. У меня нет модели счастливой семьи.

Аврора делает затяжку и тушит сигарету. Спрыгивает с подоконника, подходит к столу, где лежат медицинские перчатки, специальный фартук, чтобы не забрызгаться кровью. Все это надевает на себя, подходит к столу с трупом и запускает туда руки.

Я знаю, я шизанутый и ебанутый, но вид сосредоточенной Авроры, которая достает органы из трупа и перекладывает их на специальный поднос, вызывает во мне непередаваемые ощущения. Сейчас передо мною профессионал. Она делает все четко, в правильной последовательности и быстро. И от ее манипуляций, я получаю эстетическое удовольствие.

Аврора достает почку, что-то рассказывает Семену, тут к ним присоединяется уже и Аркадич. Два мужика стоят чуть ли с нераскрытыми ртами и слушают Аврору, как студенты первокурсники. Она вертит в руках эту почку и показывает пальцем, скорее всего, на её повреждения или изменения.

Я как в прострации. Я не улавливаю сути, но я почему-то горд за нее. Мне приятно, что она такая…

Ну и что это со мной? Мой диагноз мне не ясен. Главное, чтобы не вскрытие его установило…

Сердце стучит гулко. Глубоко вздыхаю и делаю шаг. Меня заметили и обратили внимание.