Книга Самаэль, страница 45 – Галина Кор

— Не хочу вас расстраивать, но по моим ощущениям, у вас там, — и глазами показываю вниз, — третья нога. И она упирается мне в…

— Пирожочек…, - продолжаю я за нее. И тут у меня как в какой-то рекламе, тишина и только слышно, как стрекочут сверчки в голове. Опускаю голову ей на грудь и начинаю ржать. Отсмеявшись, поднимаю голову и тут меня посещает одна светлая мысль, — А он у тебя уже надкусанный, твой пирожочек… В смысле у тебя парень-то был, ну, секс в смысле.

— Был.

— Давно? — И тут мой внутренний демон взбунтовался. Не хочет гад делиться добычей. Мое, должно быть только моим. А что я знаю о ней, может она домой бежит, а там каждый день новый парень?

— Ну…, - пытаюсь подсчитать как давно у меня был парень. — Мы начали встречаться на первом курсе, — покрутила головой, подбивая итоги подсчета дней, — ну…, в общем, наверное, месяца три. Он был баянист….

— Кто?

— Ну…, играл на баяне… У нас было консерваторское отделение в институте…

— А почему баянист?

— А что, надо было обращать внимание на трубача? — странный.

— Ага, у него дудка… горяча…, - честно, за мои тридцать три года — такое в моей постели происходит впервые. Какое-то сюрреалистическое шоу. — И все…, это весь твой опыт?

— Ну, да. — Пожимаю плечами.

— Почему? — Просто интересно? Красивая, интересная, умная и нет рядом мужика…

— Некогда было… Да и не понравился никто так, чтобы прямо в постель.

— А ты всегда говоришь правду?

— Стараюсь…, а в такой позе — сам бог велел.

— Хм…, - опять утыкаюсь ей в грудь лбом и пытаюсь внутренний раздрай привести в порядок.

— У меня…, это… нога затекла.

— …., - шумно вздыхаю и перекатываюсь с нее на свою сторону кровати. — Иди писай. — Ева вскочила с кровати, как будто за ней десять чертей гонятся.

— Да, я… уже не хочу. Вам нужнее, — вот, дурочка. Кто меня за язык дергает.

— В смысле, — смотрю на нее непонимающе, а она на бугор под штанами. Приподнимаю удивленно бровь.

— Ну…, там…, душ может нужен. Я не буду мешать…, дрочите на здоровье, — бью себя ладошкой по лбу, — я хотела сказать…, что на завтрак приготовить, — глянула на часы — десять, — может яйца…, - блин, да что я несу? Какие яйца? Они сейчас у него задымятся и сгорят без моего участия.

— Так, может, вместе в душ? — поднимаюсь и становлюсь на колени по центру кровати. Смотрю ей в глаза и начинаю тянуть штаны вниз за резинку. Ева покраснела как рак и рванула с низкого старта. Вот, чудо! Дитя дитем… Почесал отросшую щетину и пошел в душ.

Залетела в кухню, перевела дух и решила, что пора что-то съесть, а чтобы съесть, надо — приготовить. Полезла в холодильник, на удивление продуктов тьма. Достала творог и быстро замесила сырники. Готовка всегда успокаивала меня и давала время поразмыслить. Пока думала, что черт возьми произошло в спальне, взбивала яйца для омлета, резала ветчину, нашла шампиньоны, помидор, зелень, кусок сыра и все туда, на сковороду. Накрыла крышкой и поставила плиту на минимум. Выложила сырники на большую тарелку и включила кофемашину. Клац-клац, и полился живительный напиток.

Поворачиваюсь и вздрагиваю, хорошо, что в моих руках ничего нет, а то был бы фейерверк из еды или кофе. Босс сидит за столом, когда успел, точно — тень, и наблюдает за мной, подперев щеку рукой.

— Такое чувство, что ты это делаешь каждый день…, - наблюдаю за ней уже минут десять. Ева так проворно все делает, а самое главное, открывает те ящики и берет из них именно то, что ей было нужно. Такое чувство, что она здесь не первый раз, и это ежедневный ритуал.