Книга Хочу влюбиться..., страница 17 – Галина Кор

Это он так намекает, что сдаст меня боссу, а там трава не расти?

Проходим в отдельную кабинку, а там сидит — Босс.

А хозяином славянского шкафа оказался шкаф-купе. Где ж их таких огромных делают? И тут, как говорит резидент Камеди Клаба: «Мне захотелось сибаса».

— Здравствуйте, София Сергеевна, — на вид страшный, а голос приятный. — Меня зовут, Матвей Петрович Болотов и я…

— Глава компании «Мегастрой», — добавляю я, присаживаясь без приглашения на стул, напротив господина уже «не Х».

— Страна знает своих героев? — самодовольно говорит он, откидываясь на спинку стула.

— Ну, если вы считаете геройством похищение женщины, то определенно вы — номер один, — отвечаю я.

— Не надо, София Сергеевна, делать из меня монстра. Не похитил, а пригласил на ужин. Вас же не в подвал привезли, а в очень дорогой ресторан. А ужинать в компании прекрасной дамы, всегда приятнее, нежели одному, не находите?

— Ладно уж, кормите. Я согласилась лишь только потому, что голодна. И заметьте — это Мое решение, говорю сразу, чтобы вы были в курсе — я вас не боюсь.

— Отчего ж так. Не нагоняю страх? — смеется Матвей, мать его, Петрович.

— Ставлю все точки над «Ё», чтобы мы не перекидывались ненужными словами, я просто устала, день был тяжёлый, да и год — свиньи... Ходить вокруг да около, нет желания.

В этот момент заходит официант и расставляет еду на столе.

— Вы не против, я заказал все на свое усмотрение. Вы ж не на диете и едите мясо.

— Ем мясо и кровью запиваю, — на этих моих словах рука официанта дрогнула, и он посмотрел на меня удивленно. Через секунду его сдуло ветром, наверное, в воздухе запахло грозой.

— Так, чего ж не боитесь? Я могу сделать так, чтоыб у вас появились проблемы.

— Проблем нет только у того, у кого пульс отсутствует, — говорю я, нарезая сочный стейк. Ум…, вкуснота. Аж слюни потекли, — а не боюсь потому, что крыша у меня «андулиновая».

Бровки у Матвея Петровича Болотова потянулись вверх, прямо к бритой головушке.

Достаю телефон из сумки, благо не рылась, как с ключами от машины. Нахожу фото папы в форме и тыкаю под нос Матвею Петровичу.

— Неожиданно, — произносит задумчиво он, — если не секрет, то… это…

— Отец, — говорю я. Вот хорошо, что я осталась, еда — супер.

Сидит, потирает бороденку и на лице страшный думательный процесс отражается. Решила помочь мужику, а то так и закипит.

— Давайте так. Мы представим, что попали в один вагон поезда дальнего следования, например, Москва — Владивосток. Рассказываете все, как на духу, и получаете совет. Ну, человеку, который вас в поезде видит в первый и последний раз, врать нет смысла, поэтому говорит он правду. Так и я, скажу, что думаю, дам совет и это будет плата за то, что вы меня кормите. Договорились?

— Договорились. Вариантов у меня ж все равно нет.

— Варианты есть всегда. Но, я думаю, это все, — обвожу рукой вокруг себя, — не стоит последствий.

— Как бы так начать, чтобы коротко, по сути и вы все поняли?

— Наливай, Матвейка. Как выпьем, так и речь польется. И давай, на — ты, раз уж поезд тронулся.

Усмехается. Разливает по рюмкам водку. Холодненькая, хороша. Чокаемся, выпиваем за знакомство.

— А ты такая, что я б влюбился, если бы не любил одну сучку… Вот весь сыр-бор как раз из-за нее. Мы вместе уже много лет, точнее одиннадцать. Ей было восемнадцать, а мне уже тридцать пять. Начали встречаться, а тут бах, нарисовался этот хрен — Давид Юрьевич Золотарев. Встретились мы на каком-то приеме… И залипла моя Оксанка на него. А этого гада не остановило даже, что она была не одна. Тут же, на приеме, они где-то успели потрахаться. Я говорю ей, что прощу, люблю, не могу. А она, нет и все. Хочу к нему, люблю его. Ну, отпустил. Живите. А он покрутил с ней пару месяцев и свалил за бугор.