Книга Яблочный мужчина гор, страница 43 – Евгения Оул

Заметив меня, он тут же поднялся. Но не легко, как обычно, а медленно и вяло. Даже его походка говорила — Бен Вуд без сил. И стало его так жалко, захотелось обнять, как Кристину и Кару, зарядить чем-то хорошим, снова вызвать едва заметную, но такую добрую улыбку…

— Хочешь кушать? — когда мужчина оказался подле меня, спросила сразу же без приветствия. Тёмные круги при слабом освещении казались огромными. Он ведь был из тех кто рано ложился и рано вставал, но эти дни засиживался в своей мастерской допоздна. Да и за садом продолжал регулярно ухаживать.

Он вскинул брови и вымученно скривил губы в подобии улыбки.

— Не боишься пускать меня к себе ночью? — его вопрос меня удивил и я лишь пару раз моргнула, решая, не послышалось ли мне.

— С чего вдруг? — усмехнулась и, взяв его за кисть, повела к себе по дорожке. — Будешь булочки с ягодами? Я вчера испекла почти сразу после того, как Лукас занёс мне ягоды утром. Или хочешь мясо? — взглянула на него через плечо и сделала вид, что не обратила внимания на его какое-то не лучшее состояние. — Ты что-то исхудал, надо тебя откормить, — тут он издал хриплый смешок и остановился прямо у двери, от чего я тоже резко затормозила. — Что такое? — снова повернулась к нему и заглянула в глаза, как он уже не раз делал со мной, надеясь на то, что он объяснит причину резкой смены своего настроения. Утром он был в полном порядке и даже в приподнятом расположении духа.

— Думаю, мне лучше пойти к себе, — в груди неприятно кольнуло, он ведь раньше никогда не отказывался посидеть у меня. Может, за эти четырнадцать дней расстояние между нами превратилось в пропасть и это он осознал, что я его не так уж и привлекаю? — Не хмурься, сладкая, — он сжал кончики моих пальцев, словно прося прощения. Но я уже, как любая нормальная девушка, решила обидеться. Ну нет так нет, заставлять же не буду. Только от его «сладкая», хотелось и правда стать сладкой шоколадкой и растаять.

— Тогда, спокойной ночи, — высвободила руку, хотя хотелось её демонстративно вырвать, и стала нервно копошиться в сумке, ища ключи. Отвернулась от него и поняла, что мои лучи счастья, которые я была готова дарить всем и каждому, превратились в более привычные мне волны негатива, отталкивающие от меня всех и вся. А своими словами пыталась намекнуть, что наш разговор окончен и ему пора. Но Вуд уходить явно не собирался.

— Тебе нужно воспринимать меня как мужчину, Лия, а не просто добряка-соседа-старшего брата, — Бен стал вплотную ко мне и опалил ухо горячим шепотом, отчего волосы на затылке (и не только) встали дыбом. Когда же смысл слов дошел до моего заторможенного мозга, захотелось его поколотить. Из-за его немногословности я сама себя накрутила. Дура.

Тяжело вздохнула, выдыхая своё раздражение и взяла себя в руки. Бен не был тем, кто мог легко выражать свои чувства. Я его понимала, была такой же. Так что злиться не имело смысла — разумом я это понимала. Но сердце, под впечатлением от парочки крайне романтических и нежных книг, прочитанных на днях, трепетало и явно хотело большего. Тьфу.

— С чего ты взял, что я тебя воспринимаю не как мужчину? — наконец-то смогла заговорить. И ощутила, как тело сзади напряглось, и он на пару секунд перестал дышать. Это меня немного утешило и придало чуть больше уверенности. — Так что ты будешь — пирожки или мясо?