Книга Яблочный мужчина гор, страница 42 – Евгения Оул

— Знаешь, в этом городе я себе друзей найти не могла, общалась лишь с людьми в сети, — вдруг она решила признаться, держа кружку горячего кофе в ладошках. Я же поджала губы — сама была точно такой же. Просто в один момент даже те, кого я знала многие годы, стали отвечать реже, игнорировать мои сообщения по несколько дней. Или читали, но почему-то не видели смысла хоть как-то отреагировать. На смешные картинки или всё, что им кидала, сухо отвечали — уже видели.

Всё общение резко сошло на нет. Я пыталась быть терпеливой, относиться с пониманием, но в итоге поняла одну простую вещь — я никому не была нужна. Это причинило ужасную боль, ведь жизнь и без этого была несладкой. И только общение в сети помогало держаться.

Но то ли я перестала быть интересной, то ли нашли себе кого получше. Ответов и причин я не знала, но и не пыталась выяснить, не желая навязываться и казаться ещё более жалкой, чем уже на тот момент ощущала себя.

Так что в итоге даже люди из интернет паутины меня больше не привлекали, и Мари была этим сильно обеспокоена, ведь я закрывалась от всего мира. Но как раз в тот сложный период жизни, я переехала сюда и все события, а самое главное — люди, позволили не утонуть в собственном болоте отчаяния и тоски. Я перестала ждать оповещение о входящих сообщениях, перестала терзать себя догадками, давиться обидами. Телефон иногда брала в руки только чтобы ответить на звонок или глянуть время, всё. Мне больше не было нужды искать что-то веселое для поднятия настроения или отвлечься от того дерьма, которое на меня выливалось ежедневно.

Теперь меня окружали люди, которые на самом деле интересовались моими делами, но при этом не навязывались и не совали нос куда не надо. Мне дышалось в Редтауне легко, и сказывалось не только то, что мы были среди густого леса.

— Вижу по твоему лицу, что ты меня понимаешь, — пухлые губки подруги тронула горькая усмешка. Одиночество знакомо всем, кто бы что ни говорил. — Но теперь у меня есть ты, — серые глаза ярко сияли в лучах заходящего солнца, что пробивалось к нам через большое окно. — И ты показала мне, что здесь, в моём родном городе, который я всё это время считала чужим, есть множество людей, которые принимают меня.

Она снова взяла меня за кончики пальцев и я поняла — мы с ней в определённых аспектах крайне похожи, хотя росли в разных странах и разных условиях. И это сблизило нас, в этот миг, куда больше, чем все предыдущие месяцы.

Когда я отвозила Кару домой, дала обещание, что вскоре пообедаю у неё и познакомлюсь с её родителями. Подруга смотрела на меня так умоляюще, да и ранее столько хорошего о них рассказывала, что отказать я просто не могла. Не было сил противостоять её милашности.

Вернулась в итоге лишь ближе к девяти вечера, вся такая вдохновлённая, полная энергии, хотя и догадывалась — как только голова коснётся подушки, моментально отключусь и буду спать очень крепко, ведь этот день был наполненным огромным количеством положительных эмоций и впечатлений.

На ступеньках своего дома, в свете уличного фонаря, висящего возле двери, сидел Бен с бутылкой пива. Он выглядел уставшим и измотанным, хотя, вполне вероятно, это просто тени игрались с моим воображением. Но не удивилась бы, если он действительно не имел сил и взял бы себе выходной. Потому что он и правда много работал.