Книга Будешь моей мамой?, страница 44 – Оливия Лейк

— О, смотри, смотри! — Тим показывал пальцем в телевизор, а Саби что-то писала и отдавала ему.

Одной пять, второму чуть больше шести, но оба умели уже читать и сносно писать: пусть печатными буквами, но это все равно мощно для их возраста. Мама рассказывала, что я тоже был смышленым и способным не по годам.

— Ты правда не смотрела «Монкарт»? — Тим был удивлен. — Дра, дра, дра, — поднялся и начал повторять за маленьким драконом из мультфильма. — Драбурст! — закричал во все горло. Я улыбнулся, а Сабина расхохоталась.

Дети не видели меня, стоявшего в дверях позади большого дивана, а я поверить не мог, что снова слышал смех дочери, чистый и звонкий. Последние два года Сабина либо молчала, либо плакала, иногда улыбалась, но все с оттенком грусти. От этого было больно. Сейчас и мне хотелось смеяться.

Неужели дело в том, что ей не хватало общения с детьми? Я ведь пытался: сначала с бесчисленными племянниками разной степени родства сдружить, потом специализированные детские учреждения с психологами и подготовленным персоналом, но не без подводных камней. Сабина не говорила, но была умненькой, понятливой и спокойной, а дети… Дети разные, и некоторые с серьезными психическими проблемами: через три дня я забрал перепуганную дочь, которую в приступе мальчик толкнул и ударил ногой. Племянники оказались слишком шумными, а она совсем малышка на их фоне. Жаль, ведь моя дочь когда-то была такой же веселой хохотушкой — неужели она снова начала открываться? Врачи говорили, что Сабина, возможно, просто перерастет травму с нашей помощью. Вероятно, ей просто нужна была вот такая непосредственная атмосфера в доме.

За ней следили, но не носились, не берегли, не опекали — Тим общался, как с обычной девочкой, младшей сестрой. А Саша…

Я услышал ее голос и пошел на него. Она стояла в коридоре и общалась с Игорем, физиотерапевтом, который приезжал и занимался с Сабиной три раза в неделю. Они увлеченно беседовали: Олененок улыбалась, а он… Он стоял слишком близко. Так, я предупреждал, чтобы никаких шур и мур в моем доме!

— Игорь, — буквально возник из сумрака коридора. Черный, мля, плащ. Саша вздрогнула и резко обернулась. Физиотерапевт просто ошалело смотрел. А что такое? Еще сегодня утром это был мой дом! Что удивительного? Хозяин вернулся! — Приветствую, — протянул руку, холодно улыбаясь.

— Адам Булатович, добрый вечер. Мы тут с Александрой…

— Я вижу, что вы тут с Александрой, — взглянул на нее, растерянную. — Как Сабина? Есть успехи?

— Да, — он активно кивнул. — Мы как раз обсуждали новый метод для укрепления мышц и связок, — Игорь был хорошим специалистом и увлеченным профессией человеком. Я именно такие качества ценил в людях, особенно в тех, кто носил маску и белый халат. — Александра хорошо подготовлена и быстро схватывает новое, — улыбнулся как-то слишком гордо. Да вы знакомы без году неделю, это не твоя заслуга! И не моя, увы. Только ее.

— Ты молодец, — я выпроводил Игоря и вернулся к своей няне. Частично моей. Она поежилась и обняла себя руками, кутаясь в мягкий молочного цвета кардиган. Вроде бы обычная вещь, купленная на каком-нибудь маркетплейсе, но смотрелась хорошо.

Я примерно представлял, как обстояли финансовые дела семьи Лисицыных: Саша не могла позволить себе шикарных нарядов, драгоценностей, хороших туфель и дорогих сумок, поэтому я удвоил зарплату, но ориентируясь на рынок, сильно больше могла бы посчитать подкупом. Саша — очень красивая женщина с утонченной внешностью, она достойна мехов, золота, роскошного дома. Я мог бы все это ей дать. Я хотел бы дать ей вообще все! Только бы снова увидеть пшеничные волосы на моей подушке. Но Александра не желала оказаться в моей постели, а Олененка в этой женщине теперь сложно угадать.