Книга Ты предал нашу любовь, страница 20 – Полина Рей

Я наморщила нос. Об этом я стану думать завтра, когда тест поведает мне о том, на чём я и собиралась сконцентрировать всё своё внимание.

Одна полоска стала одновременно и облегчением, и каким-то странным разочарованием. Конечно, я должна была выдохнуть и возблагодарить небеса за то, что они не связали меня с Максом Гуляевым ребёнком до конца моих дней, однако та материнская сущность, которая всегда во мне дремала, ощутимо расстроилась.

А может, я понимала простую вещь: теперь, когда моя семейная жизнь пошла кувырком, шанс на то, чтобы стать мамой, отодвинулся на неопределённый срок. Я ведь не стану бросаться на поиски нового мужа, сделав это своей жизненной целью. Да и даже если встречу кого-то – пока мы повстречаемся, пока я пойму, обжегшись на молоке, стоит ли дуть на воду… Это всё время и нервные ресурсы, которых я уже почти лишилась.

— Нет, Гуляева, конечно, тут никакой беременностью и не пахнет, – заявила мой гинеколог после осмотра и УЗИ. – Но определённо есть какой-то гормональный сбой, раз у тебя задержка и такое состояние. А ещё мне не нравится твой фолликулярный запас, – нахмурившись, она записывала и записывала озвученное в моей карточке, пока я сидела, не представляя, что это может обозначать.

— Мой фолликулярный запас? – переспросила тупо.

Врач кивнула.

— Именно. Тебе нужно поторопиться с тем, чтобы стать мамой, Варя. Если, конечно, ты хочешь малыша. А то сейчас частая тенденция не рожать вообще никого, – пожала она плечами.

И я в этот момент со всей отчётливостью поняла: если до сего момента слушала Макса, который ненавязчиво, но всё же убеждал меня в том, что нам пока не нужны дети, сейчас очень хотела как можно скорее обзавестись карапузом. Я сильная, я справлюсь и одна.

— Вот, сдаём все эти анализы по списку. Обрати внимание – там указано, что какие-то информативны только в определённый день цикла. Я указала, какие. Будем копать, так сказать, из самых истоков. Потом тебя отправлю со всем этим добром к отличному эндокринологу.

Она вручила мне карточку, на которой лежали направления. Целая кипа. И крикнула в сторону двери, давая понять, что приём окончен:

— Следующий!

Я попрощалась с ней и, поднявшись, поплелась к двери. Едва вышла в коридор, меня снова начало тошнить. Пришлось пулей мчаться к уборным, где я, склонившись над унитазом, в очередной раз избавилась от того, что съела за день.

А когда покинула кабинку…

— О, Варвара, добрый день! – поздоровалась со мной Динара Хасанова, которая, приподняв бровь, смотрела то мне в глаза, то на документы, которые я прижимала к груди. – Какая интересная встреча.

Не ответив ей, я подошла к раковине и, сунув карточку и направления в сумку, стала мыть руки.

— Варя… Если ты беременна от Максима… Я предпочту об этом знать. Он говорил, что тебя вырвало, когда Макс сказал, что от тебя уходит… И вот теперь снова… – тихо проговорила Динара.

Я резко обернулась к ней и посмотрела на любовницу моего мужа. Встреча и впрямь была интересной, а антураж места, в котором она происходила, так вообще соответствовал обстоятельствам на все сто.

— Моя беременность – исключительно моё дело, – заявила я Хасановой, и когда на лице её мелькнуло раздражение и даже злость, прибавила мстительно: – Или боишься, что я не дам развод Максу, а сам он по закону разойтись со мной не сможет ближайшие пару лет?