Книга Измена. Сказка (не) о любви, страница 50 – Аня Вьёри

Антон, проходя мимо, зверски посмотрел на нашу импровизированную поляну через стекло опен спейса, но промолчал.

— Блин, – ворчит Сашка, – сейчас жрать на рабочем месте запретят.

— Лучше б работать до девяти вечера запретили! – парирую я, запуская пальцы в волосы.

Мимо наших столов, плавно покачивая бедрами, дефилирует Крыса.

— У тебя там, говорят, какие-то проблемы? – она бесцеремонно подхватывает кусок пиццы. – Теперь выслуживаешься? – по ее лицу расплывается мерзкая улыбка, а я молчу.

— Лариса Ивановна, вы бы шли, – фыркает Сашка. – Рабочий день окончен.

— Я пойду, Сашенька, пойду, – скалится она. – Вы тоже можете идти. Биг босс, говорят, в Москву укатил. Какая-то у него встреча с утра. Так что не перед кем рвение демонстрировать.

Уехал, значит! Прекрасно! У меня как раз завтра сказки в выпуске. Вот я ему и устрою… Такую сказку, что мало не покажется!

— Наташ, ты с текстом все?

Сашка разнес фотографии и оборачивается ко мне.

— Ага! Вот. По колонкам. Лови.

— Отлично! Значит, реально можно идти!

— Саш, ты иди, а я еще раз свою сказку перепроверю. Че-то я в ней сомневаюсь. Может, сейчас другую поставлю.

— Блин, — кривится Сашка, – не перемудри.

— Да ну. Все нормально.

— Ну это ваши женские штучки! Без меня разберешься.

— Ага! Давай до завтра!

Сашка, кряхтя, поднимается, потягивается, разминает спину и, приветливо махнув мне рукой, направляется к выходу. А я открываю свою колонку и достаю флешку с сегодняшними фотографиями…

Пятница. 20 июня. 8.52

— Кто это выпустил!!! – Степаныч не орет, Степаныч визжит. – Ты когда печатал, ты вообще смотрел?!

Он залетает в наш опен спейс, размахивая свежим журналом. Красный, как рак, брызжет слюной, трясется. У него за спиной такой же красный начальник ночной смены типографии и совершенно белая от страха Крыса. Тоже трясутся.

— Кто посмел?! – его голос срывается, кажется, он охрип. – Светлана Михайловна?!

— Она ни при чем! – я вскакиваю, несусь ему наперерез. – Это я! Я поздно ночью поменяла верстку. Вся ответственность на мне.

— Что?! – он, кажется, заикается. По крайней мере, подбородок у него дергается странно.

— Вся ответственность на мне! Я готова понести любое наказание! Вплоть до увольнения! – почти выкрикиваю я.

Собственно, на увольнение я и рассчитываю. Даже вещички свои уже собрала. Только, кажется, что-то пошло не так. В опен спейс медленно с крайне довольным видом входит Антон. И когда успел из Москвы прикатить? Стоит, зараза такой, и смотрит на меня с полуулыбкой Моны Лизы.

— Антон Валерьевич, – главред, кажется, забывает обо мне и чуть ли не кидается на грудь Антону. – Антон Валерьевич, мы все исправим. Мы дадим опровержение. Номер будет изъят из продажи. Я сам! Лично! Я на телевидение…

— Да бог с вами, Илья Степанович, – ухмыляется мой муж, – какое опровержение, о чем вы?!

— Я… – главред теряет дар речи. – Сегодняшний номер…

— Прекрасная статья! Великолепная! Мне уже трижды позвонили из Москвы, пока я сюда ехал! Все в восторге! Это такой материал! – Антон вскидывает руку к верху. – Наконец-то стоящие темы затронули! Отлично! Выпускающему редактору и корреспонденту премии!

— П-п-премии? – не верит своим ушам главред.

— Ну конечно, – довольно восклицает Антон. – И, я думаю, надо увеличить тираж. Одна беда, – вздыхает, – придется оказывать содействие ФАС и прокуратуре. Но ничего, я в вас верю. Это шикарная стратегия. Зайдите ко мне обсудить новую редакционную политику. Можно выпускающего редактора и этого корреспондента тоже пригласить, – поворачивается к Крысе. – Вас не затруднит подать кофе?