Онлайн книга «Брак понарошку, или Сто дней несчастья»
|
Они все дружно оглядываются на Злату. — Я прошу у вас прощения за сорванную церемонию. Чуть склоняю голову перед японцами. Ровно настолько, чтобы сохранить достоинство, но выразить учтивость. Как учила востоковед. Аккуратно ставлю Мышку около Златы. Обе ревут. — Ну чего вы? Все же целы! – присаживаюсь, еще раз оглядываю Маринку. – Все в норме. Так, – вздыхаю… Переговоры, похоже уже не спасти. — Ты вниз – есть мороженое! – подзываю взглядом одного из секретарей. — Отведите девочку к Ирине, пожалуйста, и… – оглядываюсь. – Вызовите клининг. Поворачиваюсь к делегации: — Здесь нужно убраться. Давайте пройдем в другой зал, – улыбаюсь японцам. – Если вы еще не передумали сотрудничать. Переводчик что-то мяукает, и центральный японец вдруг распахивает свои глаза почти до европейского размера и выдает мне на хорошем английском: — Что вы! Конечно, не передумали! Только человек, думающий, в первую очередь о своей семье, будет надежным партнером! Слышу тихое Серегино кряканье сбоку, вижу ошалевшие глаза востоковеда, радостную улыбку моего финансового директора. Черт! Ура! Браво, Мышь! И все же больше не стоит ей позволять ронять тяжелые вазы… . Злата Кажется, это ни для кого уже не важно, но мы отыгрываем сценарий по полной. Сажусь позади рабочей группы, рядом с дамами-японками. Как ни удивительно, но в их делегации две женщины работают наравне с мужчинами. И три красиво сидят позади. Одна трогает меня за руку, указывает взглядом на Глеба и восхищенно закатывает глаза. Я краснею, прикладываю ладонь к груди и чуть склоняюсь. Японки радостно хихикают, одобряя и мой выбор, и мое поведение. Эх, знали бы они. Во время переговоров подают минеральную воду и кофе. Какие-то канапе и микроскопические пирожные. Не могу ничего есть. Тот узел, что завязался в моем животе после слов Кристины, так и не развязался. Просто пью. Маленькими глотками, возвращая чашку на блюдце после каждого. Как учила тетушка. Тетушка? Интересно, а она знала? После помолвки она предлагала мне исчезнуть, но потом Глеб поговорил с ней… Что он сказал? Что я нужна ему? Что я – часть его плана? Я и Марина – его фиктивная семья для подписания контракта… Она очень резко изменила свое отношение. Вспоминаю, как она стала возиться с Мышкой в саду, как она танцевала с нами… Конечно! Она помогала своему воспитаннику. И больше ничего. Это был обычный фарс. Хорошо разработанный план. И хорошо сработавший. Глеб Вербицкий, вы далеко пойдете! Вы очень умны, мой дорогой фиктивный муж. Интересно, как быстро мы сможем развестись, чтобы не нарушить его деловую репутацию? Тону в своих мыслях и чуть не пропускаю момент, когда все встают, шумно галдят и пожимают друг другу руки. — У нас разница во времени шесть часов, – тихо объясняет мне Глеб, – на сегодня они уже желают расстаться. Я улыбаюсь до боли в щеках, всем киваю. Мы учтиво провожаем их до самого выхода. Стоим на крыльце, наблюдая, как они садятся в свои лимузины. А у меня аж в ушах звенит от напряжения. Машины отъезжают, мы чинно расходимся. Опять холл, опять лифт, опять та самая дверь. Глеб распахивает ее, пропускает меня внутрь. Нет ни его секретаря, ни Марины. Я растерянно останавливаюсь посреди приемного, как… — Златка! Глеб обхватывает меня за бедра, поднимает, принимается кружить! |