Книга Брак понарошку, или Сто дней несчастья, страница 13 – Аня Вьёри

Мой водитель, который, похоже, ее раскручивал, так и остался в полуприседе с вытянутыми руками.

Стоп-кадр из фильмов Чарли Чаплина, блин!

— Глеб Юрьевич, мы тут… – начинает одна из секретарш, тут же одергивает юбку и почему-то краснеет.

Да вижу я, что вы тут. Мышку в космос запускали, не иначе.

Вот же талант у ребенка: в считанные секунды превратить в хаос хорошо организованное пространство!

— Федоров, – обращаюсь к тому самому водителю, который уже догадался выпрямиться, – я смотрю, вы уже нашли общий язык?

— Ну мы это, так, да… – глаза в пол, только что ножкой не шаркает.

Курсистка пансиона благородных девиц, блин.

— Так, – закусываю губу, раздумывая, – идешь в гараж, берешь, наверное, Ленд Крузер, – не то, чтобы я хотел продемонстрировать девицам их новый уровень.

Я просто думаю, куда поместится их Кактус.

— И едешь с этими прекрасными дамами. Куда и зачем, они тебе объяснят, – поворачиваюсь к недоумевающей Злате. – Вы переезжаете! Надеюсь, до шести управитесь! Встретимся дома, дорогая, – ехидно выделяю последнее слово и нахально ее целую.

Не в засос, конечно, в щеку, но Мышкино “Ах!” у меня за спиной очень громкое.

.

Злата

Мышь смотрит на меня как на предательницу.

Главное же, при водителе ничего ей и не объяснишь.

Прикидываю.

Он за рулем, мы сзади.

Машина такая громадная, что, наверное, надо кричать, чтобы он нас услышал.

Пользуюсь моментом и пытаюсь поговорить с сестрой.

— Марин, лох поможет нам с опекой, – шепчу ей.

— И ты из-за этого с ним!.. – она поджимает губы, отворачивается.

— Да нет! – беру ее за руку.

— Я все видела! – она хлюпает носом.

— Мышка, ты все не так поняла!

— Не зови меня так! Никакая я тебе не Мышка! Ты сейчас в него влюбишься, вы поженитесь, а меня в детский дом отдадите!

— Да нет же, дурочка! То есть да, мы поженимся, но именно для того, чтобы тебя у меня никто не забрал! Мы будем семьей, слышишь? Мы с ним тебя удочерим! Навсегда!

— Что, правда?

— Правда! Я тебе обещаю, все будет хорошо, – затаскиваю ее себе на руки, прижимаю к груди как можно крепче.

Моя маленькая Мышка. Ну как же я тебя брошу, когда у тебя есть только я, а у меня только ты…

Нет, малышка.

Буду за тебя бороться до конца.

— Это здесь? – вырывает меня из сентиментальных мыслей голос водителя.

— А? – оглядываюсь. – Да! Ой! Мышь! Ложись!

Сталкиваю сестру за задний ряд сидений, сгибаюсь сама.

Окна тонированы, но в лобовое нас, наверное, можно увидеть.

— Вы чего? – оглядывается обалдевший Федоров.

— Там опека, – шепчу сдавленно.

— Кто?

— У подъезда тетка из опеки! С полицией! Дежурит!

— И что?

— Нам нельзя!

— А! – он спокойно заводит мотор, трогается. – Ну понятно.

— Нет! – ору, вставая.

— Что нет?

— Нельзя уезжать!

Водитель тормозит, отъехав буквально на пару подъездов.

— Девушки, вы уж определитесь! – взмахивает он руками. – Вам нельзя туда или нельзя оттуда!

— У нас там Кактус! – орем с Мышью в один голос.

— И что? – хмурится охранник. – Пусть соседка поливает!

— Пожалуйста, – начинаю причитать с хорошо отработанными интонациями, – ну придумайте что-нибудь, вы же умный! Я вижу, вы умный и добрый! Кактус – это наш пес!

— Пес?

— Да! И его мы никак не можем оставить.

Мужик вздыхает, чешет затылок.

— Ладно, давайте ключи.

— Ключи?

— Ключи! – кривится. – Скажу, что подрабатываю выгулом собак, где вы – не знаю. Просто работаю.