Книга Детство в девяностых, страница 55 – Оливия Стилл

Что же касается Дашиных друзей, этой «шпаны», то, несмотря на запрет матери, она по прежнему «якшалась» с ними, но уже втайне от родителей. Домой она приводила друзей только тогда, когда все были на работе, и ровно в шесть, едва заслышав предупредительное пиликанье кодового замка внизу, ребята хватали в охапку свои куртки и ботинки и пулей вылетали на лестничную клетку, чтобы не столкнуться нос к носу с Дашиной мамой.

Мама же по-прежнему была вся погружена в свои рабочие проблемы, и по-прежнему не замечала дочери. После того памятного разговора она вновь отдалилась от Даши, но та уже не обижалась на мать, и не возмущалась, как раньше. Ни сестру, ни брата ей больше не хотелось.

«В конце концов, мне и так есть, с кем играть; а быть единственным ребёнком в семье не так уж и плохо», — думала Даша.

Глава 45

Первую четверть Даша закончила с тройками. Родители были просто в шоке: ведь раньше их дочь училась на «четыре» и «пять». Естественно, был большой скандал, после чего Даша поклялась, что в следующей четверти не принесёт ни одной тройки. И она действительно изо всех сил старалась учиться хорошо, но учителя всё равно ставили плохие оценки.

На уроках её постоянно мучил голод, и она не врубалась буквально ни во что. Особенно тяжело было с математикой. Раньше Даша ещё худо-бедно тянула этот предмет, но теперь пришла новая училка, объяснения которой понять было вообще невозможно. Она талдычила про какие-то медианы и биссектрисы, а Даша в упор не знала, что с ними делать и чем они отличаются. Ещё, как ни странно, Даше не давался труд: у неё не было никаких способностей к шитью. Она занималась гораздо хуже остальных девочек и даже не смогла сшить элементарный фартук и косынку, а только испортила ткань.

— Никогда у меня не было такой глупой ученицы, — говорила учительница, и все с ней соглашались.

А Даша возненавидела этот труд больше остальных предметов. Она не упускала возможности прогулять ненавистный урок. Впрочем, потом Даша стала динамить и остальные предметы, видя, что толку от её стараний всё равно никакого нет. Впоследствии к ней присоединилась и Юлька, не говоря уже о Хандрымайлове с Козловым.

Теперь прогуливать школу стало для ребят излюбленным занятием. Правда, зимой на улице много не погуляешь, поэтому друзья во время уроков отсиживались у кого-нибудь дома. Чаще у Даши, так как её родители в это время были на работе, а баба-квартирантка, которой они сдали одну комнату, целыми днями торговала на рынке.

Ребятам никогда не было скучно, они всё время что-то придумывали. То духов каких-нибудь вызывали, то подушками дрались, то на кровати прыгали. А то стягивали с кровати покрывало и завешивали им стол: получался настоящий шалаш. Девчонки жарили хлеб на сковородке, кипятили чай и несли всё в шалаш, где друзья устраивались со всеми удобствами и рассказывали друг другу страшные истории. Особенно хорошо это получалось, конечно, у Хандрымайлова. Даже банальные «страшилки» типа: «в чёрном-чёрном доме стоит чёрный-чёрный гроб» он умел так преподнести, что слушателей хватал настоящий мандраж. Однажды он так напугал Дашу, что она чуть с ума не сошла от страха.

В тот день четверо друзей, как обычно, забили на школу, и пошли кататься с горки. Накатавшись и извалявшись в снегу как пельмени, ребята пошли к Даше. После того, как они напились чаю с гренками, напрыгались и вдосталь накидались друг в друга подушками, друзья залезли в свой любимый шалаш, и Стас Хандрымайлов принялся за свои «страшилки».