Онлайн книга «Жара в Архангельске»
|
— Мелкий, слезь с меня, я схожу покурю. — Но поклянись мне, что ты меня всё ещё любишь!.. — Всё нормально, мелкий... — Нет. Я не это хотела от тебя услышать. — А что? — Что ты мне раньше говорил всегда... — А, это… Я люблю тебя, мелкий. Он попытался мягко высвободиться из её рук и встать с постели, но она, словно ополоумев, снова схватила его руку и, плача, принялась целовать. — Не бросай меня… Не бросай… Не бросай... Салтыков сидел и молча гладил её по волосам. Глава 28 Прошло две недели. Давно уже отгремели над Архангельском новогодние салюты, и отыграл своё пьяный гармонист на площади возле ёлки. Праздничные украшения, гирлянды и мишура были уж сняты и упакованы обратно на антресоли — до следующего нового года, а недавние красавицы-ёлки, ещё вчера так чудно сверкавшие разноцветными шарами и «дождиками» и радовавшие глаз в каждом доме — бесцеремонно раздеты и, словно несчастные брошенные девушки, выкинуты из квартир на помойки. Грустное это было зрелище, что и говорить. Кончились праздники; а вместе с ними кончились и весёлые вечеринки в съёмной квартире Салтыкова. Все друзья разбрелись по своим делам: студенты углубились в сдачу зимней сессии, выпускники вернулись на работу, и Яна, внимание парней к которой в связи с занятостью постепенно сошло на нет, без развлечений заскучала и засобиралась домой в Москву. — Слуушай, Янго… — сказал ей Салтыков в субботу утром, когда Олива ушла в продуктовый магазин, — Уговори мелкого, чтоб она тоже с тобой уехала... — А ты что, сам не можешь этого сделать? — хмыкнула Яна, собирая свои вещи. — Янго, ну… — Салтыков замялся, — У тебя это лучше получится… — И что я ей, интересно, скажу? Что мне эскорт нужен в поезде? Не смеши мои тапочки! — Ну, придумай что-нибудь… Щас главное её увезти из Архангельска; а с тобой мы потом встретимся в Питере, как и договаривались… Или я сам приеду к тебе в Москву; там видно будет... Яна отвела взор. — И что дальше? Ты подумал, как я ей в глаза буду смотреть после этого? — Да с чего, Янго... — У тебя как-то вообще всё очень просто, Салтыков, — пожала плечами Яна, — Кажется, я тебе пока не сказала ни да, ни нет. — Янго, ну зачем усложнять?.. — Давай сделаем так, — решила она, — Я сейчас пойду в книжный, погуляю по торговому центру. А ты в это время поговоришь с Оливой сам. Тогда, и только тогда будет смысл ещё чего-то планировать. Вскоре после того, как закрылась дверь за Яной, из продуктового вернулась Олива и, протянув Салтыкову сумки, обняла его крепкий торс, жадно вдыхая сладко-горький запах его тела — единственный и неповторимый, который она могла бы с закрытыми глазами опознать из миллиона. Он пах почему-то сеном, сосновой корой и луговым разнотравием. Хотя на самом деле это был лишь пот, смешанный с одеколоном Хуго Босс и дымом сигарет «Винстон». Но Олива, тем не менее, млела от его запаха — недаром говорят, что любимые люди пахнут лучшими ароматами земли. — А я курицу купила, — похвасталась она, целуя Салтыкова в губы, — Сегодня буду варить мой фирменный бульон. Всего-то сыпануть туда горстку риса да головку чесноку — а запах объедение. За уши не оттащишь! — Бульон это хорошо, — вымученно улыбнулся Салтыков, — Только, знаешь, мелкий, ты лучше эту курицу пожарь... — А чё бульон не хочешь? Жареную-то мы её в один присест съедим; а бульона дня на три хватит... |