Книга Нулевые, страница 99 – Алекс Джун

— Удивительно, – пробормотала Маша. – А я вот ее не узнаю при встрече, как, впрочем, и она меня. Не думаю, что ей нужна дочь.

— Ну, насколько мне известно, у нее есть дочка и маленький сын от нового мужа. – Инна впервые посмотрела Маше в глаза и бесстрастно продолжила: – Не печалься, просто есть женщины, для которых любовь к мужчине на первом месте. И детей они своих любят, пока в браке все хорошо. Но стоит отношениям разладиться, как те перестают им быть нужны. Читала книгу «Цветы на чердаке»?

— Нет.

— Если в двух словах, то ради счастья в новых отношениях женщина готова навеки запереть своих детей от предыдущего брака на чердаке или даже убить.

— Мне еще повезло, – нервно улыбнулась Маша. – Что ж, вы умеете подбодрить.

— Прости, если это прозвучало грубо и неуместно. – Инна отодвинула тарелку. – Я ведь тоже такая. Муж умер, и все рассыпалось. Мне теперь даже на наших детей смотреть не хочется, но я себя заставляю. Наверное, правильно, что ты здесь. Диме будет не так одиноко.

Она грациозно покинула столовую, оставив Машу разбираться с грязной посудой и параллельно размышлять, отчего взрослые иногда так жестоко относятся к собственным детям, которые не имели выбора, в какой семье и когда им родиться, и стали маленькими заложниками обстоятельств. Отец Маши теперь казался ей чуть ли не героем: худо-бедно, но даже после того, как его брак распался, он растил и воспитывал дочь, хотя мог бы бросить или игнорировать, страдая в своей комнате. На Новый год и день рождения он дарил Маше подарки и всегда готовил завтрак, вставая ради нее пораньше даже в свой выходной.

Прибравшись в столовой, Маша взяла радиотелефон и набрала свой домашний номер. После третьего гудка трубку взял отец.

— Привет, пап. Это Маша. Если тебе интересно, я в порядке. Пока живу у подружки. Это не Ржанов, к твоему сведению.

— Знаю, я к нему ходил, – отозвался отец усталым голосом. – Тут тетя Даша звонила, спрашивала, где ты и как ты. Смену зачем прогуляла?

— Просто устала. Я сейчас ее тоже наберу.

— Домой когда вернешься? Или решила стать шалавой, как твоя мать? – Его истеричный крик резанул по сердцу ржавым тупым ножом.

— Пап, пока ты так со мной говоришь, я не вернусь. Береги себя, – прошептала Маша, сжимая на груди кофту, и положила трубку.

— Я рад, что ты позвонила отцу. – Дима стоял в дверях, скрестив руки на груди.

— Он тоже был рад меня слышать, как и я его, – скривилась Маша. – А еще я сегодня совсем забыла про смену в «Курах». Надо позвонить тете Даше.

— У тебя была уважительная причина – ты заболела.

— По-хорошему, я туда даже в гробу должна была бы приехать, – сказала Маша, нажимая на трубке кнопки. – Алло. Тетя Даша, здравствуйте! Простите, пожалуйста! Да, заболела. Нет, завтра буду обязательно. Спасибо огромное! Конечно, отработаю. Помню про штраф. Не сердитесь, пожалуйста. Хорошо. До встречи!

— Маш…

— Даже не начинай! – закатила она глаза.

— Иди тогда в кровать, тебе надо лежать.

— А Ира?

— Все улажено. Я поговорил, объяснил, она тебе рада.

— Не верю.

— Минутку. – Дима пулей выскочил из кухни, а через мгновение вернулся уже с сестрой.

— Маша, оставайся сколько хочешь, – хмуро ответила она, глядя исподлобья.

— Он тебя пытал или отобрал что-то важное? Шантажировал? – Маша прищурила глаза, глядя на Диму.