Книга Танцующая в луче, страница 40 – Татьяна Русакова

Да что они привязались к моему имени?! Конечно, я сама виновата, что не разузнала, что обозначает «ана». И здесь, снова, это слово вызвало смех. Неприятно выставлять себя полной дурочкой перед этим сборищем именитых девиц, но что сделано, то сделано. Что мне мешало стоять на том, что я — просто Ди! Но, как говорится, мы лёгких путей не искали…

Герцог, продолжавший изучать меня как вошь под микроскопом, вдруг улыбнулся.

— Для незамужней девушки твоё имя скандально. Ана — повелительница души, возлюбленная. Ты не можешь так называться, пока тебя не выбрал мужчина.

Вот оно в чём дело. Ну что за тайны гарема, в самом деле! И девицы, довольные развлечением, явно расслабились, заулыбались ехидно. Чтоб вам не пройти испытания!

Я сердито сверкнула глазами, но ответила кротко:

— Простите, ваша светлость, не я выбирала имя, с которым живу.

Ох, хорошо, что я сейчас не под Вратами истины! Вот бы какофония началась! Надо быть осторожнее с высказываниями, а то вдруг они и на расстоянии могут разоблачить лгунью вроде меня?

— Но испытание Вратами ты прошла, и твоя невинность доказана, — тем временем невозмутимо продолжал герцог. — Значит, ты можешь остаться, но называться отныне будешь просто Ди. Ты поняла?

— Да, ваша светлость, — подтвердила я.

Что уж тут не понять! Из-за собственной глупости выставить себя на всеобщее посмешище — это только я могла!

Девицы ещё раз хихикнули, но тут же подтянулись, как солдаты в строю, потому что герцог, не напрягаясь, повысил голос так, что его, как мне показалось, услышали во всём замке:

— В лунном отборе не бывает ничего случайного, и то, что эта простая девушка прошла Врата невредимой — удивительно, но возможно. Никто не знает, откуда придёт к нам лунная дева. Чудо живёт не только в дворцах. Поэтому,.. — мужчина обвёл взглядом притихших девиц. — Я решил…

У меня замерло сердце. Да давай же ты скорее, мастер многозначительных пауз!

— К вам, досточтимые лангоры, присоединится сегодня ещё одна девушка, — зелёные глаза остановились на мне. — Это ты, Ди.

Дружное «А-а-ах!» было ему ответом. Девушки были потрясены, чтобы не сказать больше. Большинство из них просто потеряли дар речи, как и я сама. Но не Драгина.

— По какому праву эта оборванка примет участие в отборе наравне с самыми высокородными лангорами Ратайна? — холодно спросила она.

Герцог чуть улыбнулся:

— Вы гневаетесь, лангора Демонт? Но ведь вы сами приложили руку к случившемуся, когда заставили бедняжку пройти вслед за вами сквозь Врата истины.

Драгина дёрнула головой. Я не могла видеть её лица, но чувствовала, что она в ярости.

— А теперь, когда Врата признали её достойной, вы вдруг воспротивились праву выбора древнего артефакта.

— Я не могу находиться рядом с этой замарашкой! — вздёрнула нос девица. — От неё дурно пахнет!

— Именно поэтому вы решили отдалить её от себя на длину шлейфа? — спросил герцог, с улыбкой взглянув на меня.

Девицы хихикнули, а я вспыхнула, опустив глаза. Неужели ужасный запах морилки ещё чувствуется? Я готова была бросить этот проклятый шлейф и бежать прочь, но герцог неожиданно сказал:

— Вы не правы, лангора. От этой девушки пахнет только мылом. Я сам сегодня был свидетелем того, что она пропустила завтрак ради того, чтобы искупаться.