Книга Лилия для ректора, страница 87 – Кира Цитри

— Пойми меня, — начал он. — Я винил себя в его смерти долгих десять лет. Я обязан его вытащить. Я и только я. Если не вернусь, значит так предначертано.

Эмил рассеянно кивнул. Подошел к другу и крепко сжал его в объятиях. Они дружили с раннего детства и были друг другу как братья. Если бы нечто приключилось с Ашем, Эмил не думая бросился за ним. Он понимал, что друга ничего не остановит.

— Держи меня в курсе и еще, только попробуй не вернуться!

Аш искренне улыбнулся. Он долго думал и колебался, но утреннее происшествие полностью все решило за него. Он знал, что не вернется. Из Ада выйти можно лишь раз. Второй — не выходил никто. Он тихо затворил за собой дверь, в последний раз прислонившись к ней спиной.

Небо нахмурилось пуще прежнего. Оно нависало огромной пеленой над городом, пугая жителей своей чернотой. Раскатами, гром оглушал, заставлял стенки дворца трястись и сыпаться старый камень. Сиреневые вспышки хлестали тучи словно плетью. Погода на Безграничье бушевала, будто предчувствуя грядущие изменения.

Девушка сидела в холодном бетонном помещении, зябко куталась в так любезно предложенный императором шерстяной платок и содрогалась от беззвучных рыданий. Дар уже второй час пытался из нее выудить хоть какую-то зацепку, но она только рыдала и твердила: "Аш мне не верит". Император тяжко вздохнул и вышел, тихо затворил за собой дверь и прислонился к ней затылком. Нет, так он ничего не добьется. Определенно придется воспользоваться вирусом. Нажав кнопку амулета связи, он коротко отдал приказ:

— Принеси вирус в допросную.

Василиск пришел быстро. Он держал длинную колбу, накрытую красной бархатной тряпкой. На правом мизинце блеснуло кольцо-печатка из крупного пироэлектрического турмалина. Камень считался на землях Безграничья женским, но Данте это нисколько не волновало, ведь его родовым камнем являлся перламутр и передастся в его владение лишь после женитьбы, с чем мистер Данте Шульц до сих пор не спешил.

В допросную они вошли вместе. Лили подняла на императора полный отчаяния взгляд, но, взглянув на ухмыляющегося дознавателя, помрачнела пуще прежнего. Она была наслышана о вирусе, который парализует все ее тело и заставляет говорить только правду. Сжав руки в кулаки, она открыла рот. Мужчины переглянулись.

— Хорошо играет, — предположил дознаватель.

Дарел колебался. Возможно, Данте и прав, но червь сомнений грыз его по кусочкам.

— Ради Аша я готова, — с вызовом сказала Лили и снова открыла рот.

Дознаватель получил согласие. На холодный железный стол он поставил колбу. Император присел рядом и выжидающе смотрел на его манипуляции. Данте откинул бархатную накидку. В прозрачной воде бултыхалось нечто живое, похожее на осьминога, но только не естественного ярко-оранжевого цвета с серебристыми полосками. Оно было с разумными черными глазами пуговками. Лили невольно поежилась, но если это единственный шанс доказать правду, она пойдет на все. И тогда, Данте открыл черную крышку, сунул металлическую палочку внутрь, достал вирус и подошел к девушке. Он с силой нажал на ее подбородок, заставляя открыть рот шире и грубо впихнул существо. Оно зашипело и растворилось. Есть много способов вживить его, но Лили выбрала самый сложный, но эффективный. Он будет действовать двенадцать часов. Расчет был на то, что тут они быстренько закончат и она успеет все объяснить любимому ректору. От волнения дрожь прошлась под кожей и сердце бешено заколотилось в груди.