Книга Истинная для Бога Тьмы, страница 98 – Кира Цитри

— Вызывали, Повелитель? — она низко поклонилась, а затем опустилась на колени и поцеловала его руку.

Ниалл горделиво выдернул ладонь, но потеплевший взгляд скрыть не смог. Астрейа понимающе вздохнула. До сих пор злится. Она сунула руку в карман пальто и достала из него длинную прямоугольную коробочку.

— Повелитель примет подарок?

Ниалл скептически посмотрел на коробочку, но взял ее в руки, интересуясь:

— Хочешь задобрить Повелителя?

Ниалл снял крышку. На мгновение на его лице застыла маска удивления. Светлые брови поползли вверх, а улыбка тронула тонкие губы. Внутри на бархатной подушечке была перьевая ручка золотого цвета. На витиеватом основании было вырезано его имя, написанное на давно забытом языке — санскрите. उषःकाल (uṣaḥkāl) гласила надпись (Ушакхал означало рассвет. Так Ниалла называет только Мать). Мужчина медленно выдохнул. Он только сейчас заметил, что затаил дыхание.

— Это лучший подарок, моя звездная ночь.

Ниалл спустился вниз и мягко коснулся лба девушки своими губами. Она обняла его за плечи, а потом все же подняла взгляд. Повелитель больше не злился. Да и как он мог, когда она разожгла в нем давно забытое воспоминание собственного имени? Ниалл достал из кармана кольцо Адриана и протянул его девушке.

— Ты должна спрятать его в своей академии. Там его точно никто не станет искать.

Девушка вопросительно приподняла брови, но Бог настойчиво сунул ей кольцо в руку. Астрейа числилась в академии Бога Ниалла на факультете искусства — училась с помощью своих вокальных данных использовать силу. Что-то вроде сирен в мифологии смертных. Она могла своим голосом оглушить, стереть память и даже убить. Ниалла больше радовали ее последние способности.

— Чье это? — спросила она и поспешила добавить: — Если Повелитель позволит знать.

— Твоего дяди, — ответил Бог.

Астрейа удивленно подняла брови, низко поклонилась и удалилась поискать Селену, чтобы поблагодарить ее за подсказку с подарком. Ниалл провожал ее задумчивым взглядом, а потом прижал ручку к себе и погрузился в собственные воспоминания.

* * *

Зябкую ветреную осень сменила суровая зима. С нахмуренного неба все падали и падали искрящиеся на свету снежинки. Ветер завывал по ночам, бросал в окна льдинки, будто насмехался над Ниаллом. Бог сидел в тронном зале, кидая косые взгляды на дверь. За полгода, что прошли после заточения Адриана, Селена ни разу не пришла к брату. Первое время он силком таскал ее в свой кабинет, убивал ее любимых наложников, разгромил сад лилий, но на все это она отвечала глухим молчанием. Он даже лишил ее возможности выходить из замка, она послушалась и заперлась в своей комнате назло ему.

Сейчас же Ниалл сидел на троне. Взглянув на часы, стрелка перевалила далеко за полночь, а сестру он вызывал к шести. Бог встал, потянулся, разминая отекшие конечности, а потом сел за стол и положил голову на сцепленные руки. Напротив него в закупоренной баночке находился пепел, что остался от Катрин. Ниалл погладил крышку подушечками пальцев, а потом вздохнул. Как только Адриана не стало, он начал искать способ, чтобы вернуть ее к жизни. Бог потребовал аудиенцию у Матери, трон которой находится высоко за облаками, в самом верху — Небесном Царстве, и спустя два месяца, она, наконец, откликнулась.