Книга Истинная для Бога Тьмы, страница 97 – Кира Цитри

Ниалл подхватил один из портретов, откинулся на спинку трона и вгляделся в эти глаза. Перед ним тут же всплыл момент, как девушка плюнула ему под ноги и упорхнула как бабочка, коснувшись опала. Наверняка это дело рук Адриана. Почему он оберегал ее? Была ли она пустая ранее, или родилась из Тьмы? Ниалл сжал рукой переносицу и прикрыл глаза. Сон накрыл его своим одеялом, унося туда, где проблемы сами по себе исчезали, а была только легкая безмятежность, приправленная спокойствием души. Ниалл очнулся, когда Ленар тронул его за плечо.

— Повелитель, прикажете развесить портрет по всей стране?

Бог моргнул, скидывая остаток сна, и удивленно посмотрел на Ленара. Тот не спал всю ночь. Под зелеными глазами залегли синяки, а нахмуренный лоб выдавал боль, что пронзала его спину после удара. Ниалл встал рядом, а затем коснулся пальцами, на которых вспыхнула золотистая магия, лба Ленара. По всему его телу разлилось тепло. Казалось, что он накрылся нагретым одеялом. Мужчина даже застонал от приятного ощущения. Когда Ниалл отстранился, спина мужчины больше не ломила, а сиреневые кровоподтеки исчезли.

— Благодарю за благосклонность, — поклонился Ленар.

Ниалл отмахнулся, а потом сказал:

— Я прикажу солдатам расклеить портреты, а ты иди спать, друг мой. А то сил для моей сестрицы не останется.

Ленар рассмеялся. Вокруг глаз тотчас образовались лучи смешинок и разгладились складки на лбу.

— Уж на это я точно найду силы, мой Повелитель.

* * *

Светало, но из-за черных натянутых туч даже маленький луч солнца не мог пробиться, чтобы разогнать эту тьму. В тронном зале основной свет был погашен, а в канделябрах качалось из стороны в сторону оранжевое пламя, отбрасывая на стену причудливые тени. Ниалл полулежал на троне. Его рубашка была распахнута, обнажая выступающие ключицы. Пальцы покоились на тонких губах, а на лбу залегли задумчивые складки. Он выслушивал объяснение ученого, который стоял рядом и нервно сминал полы теплого плаща.

Мужчина был магом Света. Его золотистые кудри с редкой проседью ниспадали на шею, прикрывая большие уши. Он покусывал полные, ярко очерченные губы.

— Месяц, — эхом повторил Ниалл. — И никак не ускорить?

— Увы, Повелитель. Более того, нам необходим осколок Хаоса.

Ниалл перевел потемневший взгляд на ученого. Он зажмурился, ожидая гневного крика, но Бог только спросил:

— Осколок смертной подойдет?

— Вполне. Боюсь, ваш брат не стал бы делиться куском своей души, а насильно мы бы его не смогли отнять. Он слишком силен.

— Откуда у него столько сил, Хиро, если он был ослаблен столько веков? Как это могло произойти? Мать сделала нас равными, но почему он выше даже без кольца?

Ученый только пожал плечами. Высказывать собственное мнение он побоялся, да и Ниалл скорее обращался не к нему, а к самому себе. Бог вздохнул, а потом махнул рукой, и Хиро, низко поклонившись, ретировался подальше от гнева Повелителя.

В дверь постучали, а затем на пороге показалась Астрейа. Девушка низко опустила голову, боясь даже взглянуть на Бога. После последней выволочки наказание получила Селена, но для девушки все равно доступ к замку Богов был закрыт. Когда гонец принес ей письмо от Повелителя с просьбой посетить дворец, она тотчас собралась и примчалась. Она думала, Ниалл проявил благосклонность и готов простить, чтобы снова она могла являться в свои личные покои, пользоваться услугой служанки и собственных наложников.