Онлайн книга «Песнь Света о черничной весне»
|
— Все в сборе? Адриан покачал головой и тихо ответил. Но в абсолютной тишине его голос показался присутствующим ударом о гонг, настолько жутко он прозвучал. — Мой замок пал. Воздух сгустился, позади громыхнуло и задрожали стекла. Поднялся порывистый ветер. Он несся так яростно, что срывал с деревьев листья, кружил их в водовороте и грубо швырял о пыльную землю. Серебристые глаза Адриана заволокло черной пеленой, за спиной возникли обжигающе холодные тени. Они встали позади хозяина, колыхались, словно язычки пламени и ждали приказ. Ниалл подошел к брату, все еще не убирая свечение своего разъяренного тела. Он и не думал, что когда-нибудь будет драться бок о бок с братом, которого ненавидел так долго, которого заточил в камень, пытал и собирался обратить бессмертие, а сейчас они стояли напротив друг друга и тяжелый, пронзительный, полный боли взгляд Адриана оседал в душе брата дымным туманом, оставлял на сердце порезы, и заставил переступить собственные принципы. Впервые за очень долгое время Ниалл захотел спасти свою семью, пожертвовать всем, даже собственным бессмертием. Он сжал плечо брата и прошептал: — Я все еще люблю тебя больше, чем самого себя. Когда-то я сказал: «Скорее рухнут небеса, чем мне когда-либо снова станет тебя жаль». Кажется, сегодня небо исчезнет, Адриан. Адриан застыл, открыл было рот, чтобы ответить, но Ниалл обернулся к солдатам и отдал приказ защищать замок и Дафну ценой собственной жизни. Девушка пыталась возразить, что не останется здесь, смотря как ее мир рушится, но Адриан настоял на своем: Фанни осталась в замке. Ниалл протянул ладонь. Пора решить кто будет править миром, но даже если на кону целая вечность, Бог Солнца пожертвует всем, лишь бы Селена, Ленар и даже Адриан были в безопасности. Только он имеет право причинять близким боль. Адриан кивнул, сжимая в руке горячую ладонь брата, и солнечная вспышка поглотила обоих братьев, только золотистые частицы все еще витали в воздухе в напоминание о солнечной магии Бога Света. Персефона отворила дверь спальни Повелителя Света. Она вошла внутрь и осмотрелась: большая кровать, заправленная голубым бельем с белым балдахином из фатина, шкаф, доверху наполненный одеждой, сохранившей его особенный морской аромат, на стене, выкрашенной изумрудной краской, в деревянных рамках висели картины. Персефона сразу поняла: Ниалл сам написал их пастелью, лишь один портрет выделялся из общей массы. То была Катрин — единственная любовь Повелителя Света. Карандашные штрихи мягко ложились на бумагу, очерчивая ее красивое лицо, воздушные змейки волос, блестящие глаза, в которых навеки запечатлены чувства к Богу Солнца. Персефона первым делом выпила воды, сорвала фрукты и вгрызлась в мягкие плоды, утоляя голод. Сейчас же она распахнула шкаф, вытянула из него нежно-голубую рубашку и подошла к морю. На удивление, волны сегодня были спокойны, не смотря на приближающуюся войну, от которой непременно пострадает природа, ведь Порядок нарушен. Девушка вошла в воду и замерла. Ей вспомнилось, как Ниалл, словно и не в этой жизни, учил ее плавать, смеялся вместе с ней и выглядел счастливым, а она разрушила всю его жизнь одним своим появлением. Хлопок, раздавшийся рядом, заставил девушку подпрыгнуть на месте. Она уже несколько часов сидела на полу, прижимаясь спиной к стене, и пыталась позвать магию, вдруг Адриан оставил хоть одну частичку. Из яркой вспышки вышла она: Богиня мира, Мать всего сущего, Вселенная. Ее нагое тело покрывала зеленая паутинка, а на ней колыхались блестящие капельки росы, словно алмазная крошка. Увидев девушку, складки на лбу разгладились, она улыбнулась краем губ, протянула ладонь, обтянутую прозрачными перчатками, мерцающими словно звезды в ночном небе, и сказала: |