Книга Развод. Да пошёл ты!, страница 55 – Софа Ясенева

Замечаю, как он разглядывает пространство — коробки, инструменты, разложенные кисти, и говорю:

— Ты, наверное, голодный. Ведь сразу после работы сюда приехал.

— Немного есть. Тут в ТЦ есть фудкорт?

— Да, конечно. Пойдём туда?

Он криво усмехается:

— Не хотелось бы обратно в толпу. Как смотришь на то, чтобы заказать еду с собой?

— Давай.

Через пару минут мы уже выбираем лапшу с курицей и овощами у ближайшего стенда с азиатской едой. Девушка за стойкой кивает, принимая заказ, а я ловлю на себе взгляд Вика — он явно расслабился, даже немного развеселился. Берём палочки, бутылку воды, пакет с едой и возвращаемся в подсобку.

Я накидываю на столик из большой картонной коробки бумажные салфетки, расставляю коробочки, откручиваю крышку с водой и наливаю в пластиковые стаканчики. Вик осторожно опускается на матрас, я — рядом. Мы разворачиваем еду, и я слышу, как урчит у него в животе.

— Знаешь, я как будто вернулся в студенческие времена, — улыбается он, разламывая палочки. — Есть что-то такое, атмосфера. Полутёмная комната, еда на коленях, ты рядом. Как будто всё только начинается.

Я улыбаюсь, чувствуя, как во мне что-то отзывается. Тепло. Спокойно.

— А ты давно в сфере красоты работаешь?

— Сразу после школы начала. У меня, в отличие от тебя, студенческие годы были весьма короткими. Училище — и на том всё. Стипендия, работа, потом замужество... и вот.

Он кивает, ест молча. Я чувствую лёгкую неуверенность. Для мужчины, который может позволить себе купить такой букет, подобные посиделки наверняка кажутся детским садом.

— А салон? Давно у тебя?

— Ты видишь его первые дни существования. До этого я всегда работала на кого-то, арендовала рабочее место в салонах. Постоянная текучка, чужие правила. Захотелось своего, даже если начинать придётся с бетонных стен и матраса.

Он хмыкает, жуёт лапшу, потом говорит:

— И ты разводишься.

— Ну да, а что?

Он смотрит внимательно.

— А как же раздел имущества? Или ты собираешься делиться половиной?

Я качаю головой, отставляя коробочку. Вздыхаю.

— Нет, я всё продумала. Да и он не знает, где я и что я. На его звонки я не отвечаю.

В этот момент Вик внезапно наклоняется ко мне чуть ближе. Я чувствую тепло его плеча.

— Знаешь, ты сильная. Я уважаю это. Но не держи всё в себе. Если вдруг захочешь просто выговориться — я к твоим услугам.

Смотрю на него несколько секунд, молча. Хочется сказать "спасибо", но кажется, что этого слишком мало.

— Это я заметил, что ты игнорируешь мои звонки, — раздаётся вдруг знакомый голос от двери.

Мы с Виктором резко поднимаем головы, почти одновременно.

— Женя?! — выдыхаю я, ощущая, как внутри сжимается всё.

Он стоит в дверях, небрежно облокотившись на косяк, с ухмылкой и злым прищуром, будто ловит нас с поличным.

— А я смотрю, ты времени даром не теряла.

Вик медленно выпрямляется, отставляя в сторону стакан. Я чувствую, как между нами сгустился воздух, физически, даже дышать стало тяжелее. Сглатываю, не зная, что сказать. Вик отодвигается от меня, будто инстинктивно, но в его взгляде нет ни растерянности, ни вины. Он смотрит прямо на Женю.

— Какие-то проблемы? — Вик встаёт во весь рост, и теперь я замечаю, насколько он внушительный: намного выше Жени, шире в плечах, и стоит спокойно, уверенно, будто не сомневается, что в этой комнате — он главный.