Книга Не его тип, страница 6 – Алиса Коршунова

На следующее утро, как и положено в сказке, они улетели на Мальдивы — наслаждаться медовым месяцем.

Лайам наслаждался. Он загорал на приватном пляже, пил экзотические коктейли, плавал с маской в лазурной воде, наблюдая за жизнью коралловых рифов. Он был абсолютно один.

Элис, обгоревшая до волдырей в первый же день из-за нелепой попытки «быть как все», не покидала пределов их виллы-бунгало. Она заперлась в дальней спальне, выбрав её, видимо, из-за наибольшего расстояния от его комнаты.

Они жили в роскошной ловушке по параллельным орбитам. Она завтракала на своей террасе на рассвете, когда он только засыпал после ночи, проведенной за чтением отчетов или перепиской. Он появлялся у бассейна к полудню, когда она уже задергивала жалюзи, спасаясь от палящего солнца.

Иногда их взгляды случайно пересекались в бесконечном коридоре виллы — быстрый, скользящий контакт, после которого она опускала глаза и исчезала за дверью.

Медовый месяц подходил к концу, а они не обменялись и десятком фраз. Он получил то, что хотел: формальную жену, которая не требовала его внимания, не лезла в душу, не нарушала границ.

И всё же где-то на задворках сознания, за деловыми расчетами и привычным цинизмом, начинал копошиться червь любопытства. Что происходило за этой закрытой дверью? О чем думала его тихая, обгоревшая жена? Была ли она просто испуганной куклой, или в ней тлела какая-то иная, неведомая ему жизнь?

Пока это не имело значения. Но сделка была заключена, и в любой сделке рано или поздно наступает момент, когда приходится знакомиться со своим активом поближе. Просто не сейчас.

Она была тихой мышью в его доме. Пока не показала когти

Возвращение из медового месяца в особняк Холтов на скалистом побережье было похоже на въезд в красиво обставленную, но абсолютно беззвучную тюрьму. В воздухе здесь пахло не солёным бризом и тропическими цветами, а деньгами, свежей краской и тишиной. Лайам с головой погрузился в дела, накопившиеся за время его отсутствия. Империя не терпела простоя, и он был рад этой привычной, требовательной нагрузке. Она заглушала странное, назойливое ощущение недосказанности, которое он привёз с собой с островов.

Элис предоставили самой осваиваться. Он видел, как она в первые дни бродила по бесконечным коридорам, заглядывая в гостиные, библиотеку, зимний сад, ступая осторожно, будто боялась раздавить тишину. Её движения были неслышными, почти призрачными.

Прошло почти две недели, прежде чем она нашла в себе смелость подойти к нему. Он работал в кабинете, когда в дверях возник её силуэт.

— Лайам? — её голос был таким же тихим, как её шаги.

Он поднял взгляд от монитора.

— Входи.

Она сделала шаг вперёд, но не села. Руки были сцеплены перед собой, костяшки пальцев побелели.

— Мне… Мне нужна комната. Личная. Чтобы она была только моей. И чтобы дверь… запиралась.

Он откинулся в кожаном кресле, изучая её. Её просьба не была неожиданной, но формулировка «чтобы запиралась» резанула слух. Не «для занятий», не «кабинет». Убежище.

— Личная комната? — он позволил лёгкой, необидной насмешке окрасить его тон. — Полагаю, это входит в стандартный набор опций для жены. Выбери любую, что тебе понравится, кроме моего кабинета и винного погреба.

Он открыл ящик стола, достал чёрную матовую карту и протянул ей.