Книга Соломенные куклы, страница 93 – Софья Маркелова

— Езжай в ту сторону, – посоветовал божедом гостю, указав рукой в окно на дорогу. Метель улеглась, и теперь над бескрайней белой гладью во все стороны раскинулось чистое голубое небо. – Если ты на машине, то таким путём до Ивановки быстро доберёшься.

Собравшись и поблагодарив хозяина за гостеприимство, Антон хотел сунуть деду пару купюр в оплату ночёвки, но Богдан лишь оттолкнул от себя его руку с деньгами.

— Лучше потрать их на сына.

Хмуро кивнув самому себе, старик взял топор, так всю ночь и простоявший возле печи, и ушёл в божедомку по своим делам. Антон лишь пожал плечами и направился к машине, которую за ночь сильно замело снегом. Он побросал вещи в салон, вернул аккумулятор на место и нетерпеливо набрал номер приятеля.

— Алло! – сразу же откликнулись в трубке.

— Надеюсь, я тебя не разбудил?

— Да ты что! Я уже встал и только и ждал твоего звонка, – бодро ответил Миша.

— Ну, короче, я выезжаю сейчас. Мне тут подсказали, что я совсем недалеко от Ивановки, и, думаю, в течении получаса уже буду у тебя.

Антон достал из багажника щётку и принялся смахивать снег с лобового стекла.

— Отличные новости! Я тогда пойду пока мангал ставить и попрошу Таньку быстрее баню натопить, – радостно зачастил Миша. – Слушай, а где ты ночевал-то?

— Да тут у перекрёстка, где-то перед Ивановкой, дом деда Богдана стоит. Я ночью его заметил, да напросился на ночёвку.

— Постой-ка. Дед Богдан? Это старый божедом, что ли? Нелюдимый такой?

— Ну да. Он мне тоже так назвался. Даже показал эту свою божедомку, забитую трупами замороженными. Не самое приятное зрелище, скажу я тебе…

Отряхнув щётку и ноги, Антон с кряхтением забрался в салон и стал ждать, пока машина прогреется.

— Неужели к нему всё ещё кто-то покойников возит? – удивился Миша. – В Ивановке как появился пару лет назад свой экскаватор, так все стали на местном кладбище даже зимой умерших хоронить. Ковшом-то землю промёрзшую копать спокойно можно. А раньше, конечно, только деду Богдану мёртвых возили, чтобы до весны лежали. По старой традиции, так сказать.

— Мне он говорил, что часть трупов к нему местные привозят, а другие тела он сам находит. Всяких там охотников и заблудившихся зимой в лесу, околевших на морозе.

— Впервые такое слышу. Не думаю, что у нас тут так много народа разгуливает зимой по округе и пропадает без вести, чтобы божедомка битком была забита. Тут же все друг друга знают, что-то подобное бы все обсуждали.

— Слушай, я тебе лишь говорю то, что мне сам Богдан сказал. Может, реально он кого-то находит, а, может, просто из других деревень к нему ещё везут тела. Из тех мест, где экскаватора нет.

— Ты сильно старика не слушай. Ему ведь уже много лет, голова плохо работает, вот и наплёл тебе каких-то сказок про то, как он трупы, будто подснежники, в лесу собирает. Я его ещё когда последний раз сам лично видел, а это было, наверное, лет семь назад, то он мне сразу больным на всю голову показался. А теперь вон сколько времени прошло, наверное, он ещё хуже стал. Заперся в своём доме с трупами, как сыч, и сидит там, с ума сходит.

— Не наговаривай на деда, – со смешком упрекнул друга Антон. – Нормальный он. Мы сына моего обсуждали, он про работу свою и жизнь рассказывал. Говорил, что каждую неделю на лыжах в Ивановку ходит за продуктами. Так что никакой он не сыч, обычный дед, просто живёт тихо.