Книга Соломенные куклы, страница 71 – Софья Маркелова

Идти ночью на пшеничное поле, лежавшее далеко за деревней, было не самой лучшей идеей: во мраке легко можно было переломать себе ноги. И Егору едва хватило выдержки, чтобы дождаться рассвета. Несколько часов он просидел на своей кровати, прислушиваясь к храпу деда, спавшего на пузатой белёной печке. А стоило показаться первым солнечным лучам, юноша завертелся по дому, как юла, натягивая обувь и пытаясь отыскать под лавкой маленькую сапёрную лопатку. Шум разбудил деда, и тот, лениво потягиваясь, с интересом взглянул на деятельность внука, который обыкновенно вставал с кровати не раньше полудня.

— Егор, – окликнул парня старик. – Ты далеко собрался-то в такую рань?

— А! – Юноша неосознанно вздрогнул и повернулся к печке. – Дед, я это… Лопатку ищу твою. Не помнишь, где она лежит?

Дед с кряхтением спустился на пол и, шлёпая босыми ногами по холодным половицам, подошёл к дальнему сундуку, покрытому хлопьями старого лака. Он заглянул под тяжёлую крышку и через минуту протянул Егору искомую лопату.

— Ага. Спасибо, – на ходу бросил парень, уже собираясь покинуть избу.

— Постой, живчик! Куда собрался-то, скажи хоть!

— Ребята меня на рыбалку позвали, – даже не изменившись в лице, соврал Егор. – Просили червей накопать.

— Да ты хоть знаешь, какие жирные черви у меня возле компостной ямы водятся? – с воодушевлением воскликнул старик, а его глаза загорелись радостным блеском. – Самое то на рыбалку!

Дед принялся спешно натягивать одежду, желая показать внуку тот уголок двора, где можно было накопать отличных червей. Давно он не замечал в Егоре страсти к простым деревенским развлечениям, любимым всеми детьми и подростками. Последние годы, кроме новомодных приставок, в руках у внука ничего иного и не было, а деду хотелось, чтобы юноша научился хоть на время отрываться от экрана и любоваться красотами природы, гуляя на каникулах с другими ребятами.

— Не-не, – отмахнулся Егор. – Мне на пшеничном поле за деревней копать сказали. Говорят, что там черви самые лучшие. Да и встретиться мы все там договорились. На Каменку пойдём потом.

Дед заметно расстроился и приуныл. Даже его окладистая седая борода перестала топорщиться.

— Зря вы к полю тому сунуться хотите, ребятки, – неожиданно серьёзно заговорил старик, а в голосе его послышалась тревога.

— Почему это? – заинтересовался Егор, замерев на месте.

— Нехорошее это место. Люди там часто пропадают.

— Я слышал всякие байки об этом поле, – протянул парень. – Да только это же детские глупости.

— Глупости, может, и глупости, а вот в знойное время бывать там и правда не стоит. Людская молва так просто дурным место не станет называть.

Солнце давило своим жаром на голову, иссушало почву. Казалось, даже тени уже нигде не осталось – выжег яркий свет всю прохладу и темноту, в которую можно было бы нырнуть хоть на время и переждать знойную пору. Шагая вдоль раскидистой нивы, Егор лениво прикрывал глаза рукой от света, а сам постоянно оглядывался на янтарные волны колосьев, окружавших дорогу со всех сторон и подрагивавших от любого слабого дуновения ветра. Широкое пшеничное поле тянулось до горизонта, размытое и необъятное.

Ноги еле слушались, и тело всё тяжелело и тяжелело с каждым шагом, налитое усталостью, как свинцом. Путь до соседней деревни широкой двухколейной лентой убегал вперёд, поднимаясь на холмы и исчезая за крутыми поворотами. Идти Егору вдоль этой дороги было далеко, а он уже весь вымок насквозь, так ещё и голову нагрело. Вот только спастись от солнца не представлялось возможным – ни деревца в округе не росло, ни куста не было, чтобы под ними укрыться. Только жёлтая нива волнами вздымалась всюду, куда ни глянь.