Книга Возмездие Байкала, страница 63 – Чингиз Абдуллаев

— Нет. У нас к вам другое дело. Вы хорошо знали Эдвина Ашфорда?

— Очень хорошо. Он работал в посольстве США и был достаточно активным человеком.

— Вы познакомились с ним в Латвии?

— Много лет назад, — улыбнулась Дайна. — Я тогда работала директором библиотеки, и господин Ашфорд был нашим частым гостем. Мы с ним очень дружили. Он хорошо разбирался в литературе и искусстве, смотрел наши альбомы, ходил в музеи. Почему вы решили вспомнить его именно сейчас?

— Он погиб, — сообщила Джоан, — упал со скалы, — она не стала уточнять, как именно погиб Ашфорд.

— Какой ужас. — У Дайны глаза наполнились слезами, и она достала носовой платок. — Он был таким прекрасным человеком. Очень и очень жаль. Он работал у нас около пяти лет, и мы с ним по-настоящему дружили. Какое несчастье. Такой человек. Как он мог упасть. Он всегда был очень сильным и физически развитым мужчиной.

— Мы расследуем его гибель и как раз поэтому прилетели в Ригу, — пояснила Джоан.

— Я вас понимаю, — она снова вытерла набежавшую слезу, — такой умница, такой светлый человек.

— У вас на столе стоит фотография, — вставил Дронго, обративший внимание на фотографию в рамке, как только они вошли в кабинет. На ней было три человека. В центре стояла молодая женщина с длинными темными волосами. В светлой майке и очень короткой мини-юбке. В ней сложно было узнать Дайну Озолс. С тех пор женщина прибавила двадцать или больше килограммов. И очень изменилась, перекрасив волосы в этот неестественный желтый цвет. А лицо стало напоминать расплющенный блин.

— У вас нет дочери, — продолжал Дронго, — поэтому легко догадаться, что на фотографии именно вы. Второго я тоже узнал. Это Эдвин Ашфорд, чью фотографию я видел много раз. А кто третий?

— Мой муж, — ответила Дайна, — мы как раз вместе ездили в Юрмалу и сделали там этот снимок на пляже. Хотя Ашфорд очень не любил фотографироваться, но на пляже оказался фотограф, который сделал этот снимок.

— С тех пор вы держите фотографию у себя на столе? — спросила Джоан.

— Да. Я же сказала, что мы были большими друзьями.

— Я могу задать вам личный вопрос?

— Давайте догадаюсь. Хотите узнать — была ли я в близких отношениях с Эдвином?

— Я бы хотела получить откровенный ответ на этот вопрос. Если вы не возражаете.

— Да, была, — спокойно ответила Дайна, — прошло столько лет. Мы были близкими друзьями, если вас интересует именно этот вопрос. Любовниками. И я до сих пор горжусь, что была с ним настолько близка. Уверена, что многие женщины в Риге мне даже завидовали.

Степень откровенности Дайны, очевидно, даже смутила Джоан. Она взглянула на Дронго, словно попросив его задать следующий вопрос.

— Ваш супруг знал о ваших отношениях? — спросил Дронго.

— Догадывался, — ответила Дайна. — Он достаточно цивилизованный человек, чтобы вести себя в рамках приличия. И достаточно современный. У нас свободный брак, и мы доверяем друг другу. Мы не обсуждали с ним мои отношения с Эдвином, который был тогда гораздо старше нас обоих.

— Вы знали, что у него были и другие знакомые женщины?

— Об этом знал весь город. Но он увлекался и снова возвращался ко мне. Сначала увлекся одной экзотической особой с Ближнего Востока, которая потеряла голову из-за него. Потом этой молодой дурочкой, художницей из Даугавпилса. Но все эти дамы были лишь мимолетным увлечением. По-настоящему он любил только меня.