Онлайн книга «Ключи от бездны»
|
— Вы поаккуратней, — предупредил Высик. — Тут уголовные дела, следственные материалы. Проводившие обыск дружно заржали. — Я без всяких, — добавил Высик. — Допустим, я в чем-то виноват, хотя сам не знаю, в чем. Но тому-то, кто придет после меня, оперативные разработки по той же банде Сеньки Кривого ой как понадобятся, без них он еще два года эту банду будет ловить… К Высику подошел самый старший по чину, полковник. — Не знаешь, в чем виноват? Так тебе объяснят! Лицо у него дернулось, будто он хотел ударить задержанного, но не стал этого делать. Поглядел прямо в глаза Высику, стоявшему по струнке, фыркнул и отошел. — Все материалы по банде изымаются, ясно тебе? — сказал он, окинув взглядом разгромленный кабинет. — Так точно! — ответил Высик. Полковник резко повернулся к нему. — Ты дурачка-то из себя не строй! Тоже мне, Швейк выискался! Да знаешь, как мы таких Швейков… Он не договорил, потому что один из двух майоров — не тот, что сопроводил Высика наверх, а другой — спросил, поддев сапогом куклу: — А это у тебя что такое? — Кукла, — ответил Высик. — Подобрал на улице. Думаю, хорошая кукла, если какая-нибудь девчонка потеряла, то ревет, небось, навзрыд. Приберу, думаю, и поспрошаю завтра местную ребятню, не терял ли кто такую куклу. — Добренький, понимаешь… — проворчал майор, сапогом загоняя куклу в самый угол. — Может, ты детишек и конфетками угощаешь? Отравленными, а? — с неожиданной злостью выпалил он. — Никак нет, — ответил Высик. — Вот это что у тебя такое? — спросил полковник, показывая Высику очередную папку. — Дело о пьяной попытке покататься на тракторе, как и написано, — ответил Высик. — Суд постановил как надо. За диверсию в виде умышленной порчи колхозного имущества. Никаких замечаний по этому делу не имел, даже отмечен был за четкое ведение следствия. — И это тоже в опись включай! — Полковник швырнул папку на стол. — Я извиняюсь, — сказал Высик, — а почему без понятых? — Нам понятые не нужны! — ответил тот майор, который первым встретил Высика. — Еще раз выступишь, пасть заткнем, — пообещал полковник. Высик стоял навытяжку и думал о том, где же он мог ошибиться. Вроде, так ловко у него все сходилось, и все сталкивались лбами, а он оставался в стороне и спокойно обезвреживал банду. Конечно, была вероятность, что подвели академики, в своем отчете перед генералами наговорив или написав что-то не то, если не напрямую потребовав ареста Высика, как слишком много знающего и слишком сующего нос не в свои дела. Но вряд ли. Академикам Высик верил, и в этой вере оставался крепок. Скорее другое. Затевая свою игру, Высик исходил из того, что и все остальные играют хоть по каким-то правилам — зверским, жутким, но действующим и действительным. Но что игра может пойти безо всяких правил, он не ожидал. Максимум, что могло быть, по его мнению — что к нему приедут допросить на месте про оба убийства, связанные с секретными научными делами, поинтересуются, как он ведет следствие, строго-настрого укажут, в какую сторону можно двигаться, а в какую нельзя. Однако что его решат прибрать — за то лишь, что имя такого-растакого Высика раза два за последние дни промелькнуло в докладах для высоких инстанций… И, главное, почему после того, как особист пытался прикончить его втихую, инсценировав несчастный случай, вдруг решают устроить шумный, напоказ, арест? Высик считал, что догадался правильно: от него хотели избавиться тихо, потому что он был свидетелем прокола определенных лиц — провала доверенной им организации безопасности ученых, создающих то ли атомную бомбу, то ли нечто не менее жуткое. Если бы его решили устранить официально — через арест и расстрел — то в следственных документах по его делу этот провал отразился бы, так или иначе, шила-то в мешке не утаишь, и начальство повыше того, которое этот провал допустило, принялось бы рубить головы направо и налево… Так что же получается: они перестали бояться гнева высшего начальства? Или решили списать весь провал на него, на Высика? Все равно, арестовав его, они подставляются сами, и не понимать этого не могут. |