Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 86 – Виктория Рогозина

Демид на секунду закрыл глаза, тяжело выдыхая, будто пытаясь сдержать собственное раздражение на весь мир, который довел ее до такого состояния, а затем тихо спросил, чуть наклонившись к ней:

— Что мне сделать, чтобы тебе стало легче?.. Хочешь, уедем куда-нибудь на выходные… сменим обстановку… или…

— Просто побудь со мной, — перебила она, почти шепотом, прижимаясь ближе, словно ища в нем опору.

Он замер на мгновение, а затем чуть крепче прижал ее к себе, уткнувшись щекой в ее волосы.

— Я и не собирался никуда уходить, — тихо ответил он.

И в этой простой фразе было больше, чем в любых обещаниях. Словно отдав последнюю дань внутреннему надлому, слёзы иссякли так же внезапно, как и нахлынули, однако Авария не спешила отстраняться, продолжая сидеть, почти безвольно прижавшись к Демиду, ощущая, как его присутствие, его спокойное дыхание, его тёплые, уверенные руки медленно, но неотвратимо собирают её рассыпавшееся состояние воедино, возвращая утраченное ощущение опоры, которого ей так отчаянно не хватало в этот день. Медленно выдохнув, словно вытесняя из себя остатки тревоги, она едва слышно прошептала:

— Прости…

Демид тут же отреагировал, мягко, почти бережно поддев её подбородок пальцами, вынуждая поднять взгляд, и, заглянув в её глаза с той сосредоточенной внимательностью, от которой у неё каждый раз сбивалось дыхание, негромко, но твёрдо произнёс:

— Тебе не за что извиняться.

Его голос был спокойным, ровным, но в нём отчётливо звучало то самое скрытое, внутреннее напряжение силы, которое Авария уже научилась чувствовать, даже если он его не демонстрировал. Она на мгновение задержала на нём взгляд, словно пытаясь удержаться в этой точке опоры, а затем, чуть дрогнув плечом, призналась:

— Мне кажется… будто от меня слишком много проблем… как будто всё сразу навалилось, и я просто… не справляюсь.

Она не договорила, но это и не требовалось — её голос, её взгляд, то, как она вновь попыталась укрыться у него на плече, говорили куда больше любых слов. Демид чуть склонил голову, внимательно вглядываясь в её лицо, словно оценивая не только сказанное, но и то, что она пыталась скрыть за этим признанием, и после короткой паузы произнёс:

— Со всем можно справиться, — медленно, раздельно, будто вкладывая в каждое слово вес и смысл. — Я решу любую проблему. Тебе достаточно просто сказать.

Эти слова прозвучали не как утешение — как констатация, как обещание, в котором не было ни тени сомнения, и именно это пугало и одновременно притягивало её больше всего. Авария, словно заворожённая, смотрела в его тёмные глаза, чувствуя, как постепенно тонет в этой глубине, где смешивались спокойствие, сила и что-то ещё, куда более личное, направленное только на неё.

— Что тебя расстроило? — мягче спросил он, уже почти шёпотом.

Она отвела взгляд, будто боясь, что, если продолжит смотреть, то не сможет больше сдерживать себя, и, вновь прижавшись к его плечу, тихо, с заметной усталостью в голосе, произнесла:

— Юра… он просто… не отпускает. Я понимаю, что ему больно, правда понимаю… возможно, он даже думает, что делает это из лучших побуждений, но… он перестаёт слышать меня. Он начинает переходить границы. И я… — она на мгновение замолчала, будто сама не хотела произносить это вслух, — я, наверное, уйду из приюта.