Книга Держи меня крепче, страница 61 – Мария Русланова

— Послушай, Дима, все что они сказали…

— Не надо, — грубо ее прерываю, — к черту все. К черту эту идеальную семейку.

— Но послушай, все это неправда. Ты совсем не такой, каким он хочет тебя видеть. Ты профессионал своего дела, ты прекрасный человек. Ты просто сам не понимаешь свою ценность и то, что достоин большего в этой жизни!

Во мне снова начинает вскипать гнев. Все вокруг знают, как мне жить. Каждому нужно дать совет, который я не просил.

— Тебе не кажется, что ты много на себя берешь, — резко прерываю Аню. — Ты то кто такая, чтобы учить меня жизни?

Вижу, как в ее глазах появляется испуг и непонимание. Это еще больше подливает масла в огонь, я чувствую, что до взрыва считанные секунды. И я прекрасно осознаю, что передо мной совсем не тот человек, на ком я должен отыграться и излить всю свою злость и обиду. Но поезд уже несет на полной скорости и его не остановить.

— Ты вообще зачем полезла в мой разговор с братом? Хотела меня защитить? Выставить этаким героем спасителем? Теперь он презирает меня еще больше. Ну, конечно, приютил себе бабу с прицепом. Еще и на семью трачусь, — меня несет все дальше и дальше. Я понимаю, что пожалею о каждом слове. Но вся желчь и обида, которая копилась во мне все года решила извергнуться именно сейчас. В самый неподходящий момент, и перед самым неподходящим для этого человеком.

Поворачиваюсь к Ане, и вижу, что она стоит, поджав губы с неестественно прямой спиной.

— Хорошо, ты, наверное, прав. У меня нет никаких прав разговаривать с твоей семьей. Действительно, кто я для них? Но я никогда не пыталась навязать тебе себя, и тем более своего ребенка. Мы можем уйти хоть сейчас. Зачем тебе баба с прицепом.

— Никто тебя не держит. Диплом скоро получишь, работа уже тоже почти есть, не пропадешь.

На этих словах Аня резко поворачивается и быстрым шагом идет в свою комнату. Я же хватаю ключи от машины и вылетаю из квартиры с тем, чтобы окончательно провалиться в эту черную бездну, которая все таки настигла меня за столько лет обид и презрения, которые я испытывал от самых дорогих в моей жизни людей.

Дима

— Черт! — ударяюсь головой о стенку и хватаюсь за виски, которые готовы взорваться от пульсирующей боли. Открываю глаза и оглядываюсь, пытаясь понять куда меня занесло. Какое-то тесное помещение практические без освещения. Сам я лежу на маленьком диване, который скрипит от каждого моего движения. Как я вообще на нем поместился. Пытаюсь подняться, но из горла вырывается стон, потому что по затекшему телу начинает циркулировать кровь, от чего боль теперь не только в висках, но и во всех моих конечностях. В горле сухо и желание найти воду становятся единственной мыслью, которую я сейчас способен генерировать. Открываю дверь и вываливаюсь в темный коридорчик. Держусь за стенки и двигаюсь, ориентируясь по звукам и проблескам света где-то впереди. Неожиданно яркий свет режет по глазам, и я уже громко стону, пытаясь хоть как-то облегчить свою агонию.

— Здрасти, проснулись, — слышу насмешливый голос и пытаюсь рассмотреть источник звука. И судя по всему этот источник уже хорошо со мной знаком.

Протираю глаза и наконец оглядываюсь по сторонам. Небольшой, довольно таки грязный бар с обшарпанными столами. В углу стойка бара, за которой стоит худощавый мужчина. Цепляясь за него взглядом как за единственный ориентир, который сейчас может удержать меня в вертикальном положении, медленно бреду к барной стойке.