Книга Помощница для Генерального, страница 96 – Мария Русланова

Помешиваю кофе деревянной палочкой и снова погружаюсь в свои невеселые думы. Сердечко из пенки превратилось в кляксу, а я все еще не сделала и глотка.

Кари с Варькой весело щебечут и изредка бросают на меня обеспокоенные взгляды. Девочки позвали меня провести уютный вечер в нашем любимом Бублике. Поболтать, обсудить сплетни из студенческих чатов и поделиться последними новостями. Мне стыдно, потому что своей кислой физиономией я все настроение им уже испортила, но ничего не могу с этим поделать.

— Сонь, ты совсем не ешь ничего. И кофе уже остыл. Может тебе чаёк сделать? У нас новиночка с малиной и лаймом появилась. Попробуешь?

— Кари, спасибо, не нужно.

Виновато улыбаюсь и морщусь, когда наконец-то делаю первый глоток. Кари только вздыхает и недовольно качает головой.

— Давай хоть поешь немного, — подруга подталкивает поближе тарелку, на которой лежит аппетитный круассан с шоколадной начинкой.

Сердце невольно сжимается. Любимая выпечка Сергея. Кари знала об этом и всегда складывала парочку таких в бумажный пакетик, когда я забегала ее навестить. Все-таки мне с подругами повезло больше, чем им со мной.

— Я с собой возьму, хорошо?! Вечером попью с ним чай.

— Сонь, ты сама не своя последнее время. Ты себя всю изводишь, так же нельзя. — Кари касается моей руки и нежно гладит ладонь.

А как я могу не изводить себя. Вокруг снова тишина и неизвестность. Прошло уже больше недели после нашего разговора с Хасановым и время мучительно замерло. Мне кажется, что ничего не происходит и это выводит меня из себя.

И больше всех достается, конечно, Саше. Своими бесконечными вопросами я умудрилась подорвать даже его бесконечное терпение.

Сегодня на очередной поток расспросов он закрыл глаза и громко рявкнул: — Соня!!!

Но строгий взгляд Вики его немного охладил. Сквозь стиснутые зубы он процедил, чтобы я ни о чем не беспокоилась и что все идёт по плану. А потом замялся и добавил, что нервничать мне вообще не стоило бы.

Только все его неуклюжие попытки успокоить меня привели к прямо противоположному результату. Ни с того ни с сего на глаза навернулись слезы, и я начала жалобно всхлипывать, уткнувшись носом в плечо Вики.

Саша только закатил глаза и быстро нашел повод смотать удочки от нашего прекрасного, но настроенного против него, женского коллектива как можно быстрее.

Но всё же от моего внимания не ускользнуло, что последние дни Саша стал чаще улыбаться и меньше хмурить брови.

Что-то еле уловимо меняется в воздухе. Дышать становится легче и сердце то разгоняется, то замирает словно предчувствуя, что вот-вот что-то должно произойти.

Отпиваю маленький глоток кофе и злорадно улыбаюсь, вспоминая выпученные глаза Саши, когда у меня ни с того ни с сего задрожал подбородок, а из глаз потекли слезы. Вдруг из мыслей меня выдергивает жалобный писк Варьки.

— Айй, черт. Месячные что б их, живот крутит. Аййй… Кари, есть таблетки? Сдохну щас.

Наблюдаю как Варя болезненно морщится и складывается почти пополам. У меня тоже болезненные месячные… В висках вдруг начинает отчаянно пульсировать, а к горлу подкатывает комок.

Неожиданная догадка отодвигает на второй план все переживания и грустные мысли. Да всё уходит на второй план. В голове пульсирует только один вопрос. И я не узнаю свой осипший голос, когда озвучиваю его вслух.