Книга Неравный брак, страница 34 – Альма Смит

— Что он сказал? — голос ее был чужим.

— Что будет искать. Что найдет тебя. Что ты что-то скрываешь, и он выяснит, что. — Артем наконец посмотрел на нее. Его взгляд был тяжелым и нечитаемым.

— Он опасен своей настойчивостью. Он может навлечь беду. На тебя. На твоего отца. На нас здесь.

Он сделал паузу, давая ей понять всю серьезность положения.

— Твой отец в безопасности. Он ничего не знает о нашем договоре, он думает, что ты и правда на практике, а его долг был прощен «анонимным благодетелем». Так будет лучше для него. Но если этот парень продолжит копать…

— Он не остановится, — тихо сказала Вероника. Она знала Даниила. Его любовь была как удар кулаком — прямолинейной, сильной и слепой.

Он не понимал бы слов «не могу», «долг», «жертва». Он видел бы только то, что его женщину у него украли.

— Что ты хочешь сделать? — спросила она, поднимая на Артема глаза, полые от отчаяния.

— Я хочу знать, что ты хочешь, — ответил он неожиданно.

— Я могу заставить его исчезнуть. Найти рычаги. Запугать. — В его голосе не было злобы, только холодная практичность.

— Или… ты хочешь, чтобы он нашел тебя? Хочешь с ним говорить? Объяснить?

Вопрос повис в воздухе, острый и опасный. Что она хотела? Увидеть Даниила? Броситься ему в объятия, рассказать все, попросить о помощи? Но какая помощь? Украсть ее у законного мужа? Обречь на месть бандитов или гнев Артема? Растоптать ту хрупкую стабильность, которую она с таким трудом начала выстраивать здесь?

Или… она хотела, чтобы он исчез? Чтобы ее прошлое, ее боль, ее настоящая любовь перестали напоминать о себе, позволяя ей жить в этой новой, сложной, но все же жизни?

— Я… — ее голос сорвался. — Я не знаю.

Артем молча наблюдал за ее борьбой. Его лицо было непроницаемым.

— Подумай, — сказал он наконец.

— Но помни — любое твое решение имеет последствия. Для всех. Решай не сердцем. Головой.

Он ушел, оставив ее на растерзание буре эмоций.

Даниил. Его имя жгло изнутри. Она представила его лицо — озабоченное, любящее, яростное. Его руки, которые обнимали ее. Его предложение на ринге. Она все еще любила его.

Эта любовь жила в ней как заноза, которую она научилась не трогать. А теперь ее тронули, и боль хлынула с новой силой.

Она выбежала из дома, ей нужно было воздуха, пространства, чтобы думать. Она пошла по тропинке, ведущей вверх, за аул, к одинокому утесу, с которого открывался вид на долину. Это место стало ее убежищем.

Она сидела на холодном камне, обхватив колени, и смотрела на раскинувшиеся внизу дома, на стада, на дымок из труб. Ее мир. Тюрьма, которая стала домом. Изгнание, которое стало миссией.

И он, Артем. Ее тюремщик. Ее муж. Человек, который спас ее отца, купил ее, защитил от себя же самого, признал ее силу и теперь спрашивал ее мнение о том, как поступить с ее прошлым.

Он был монолитом. Сложным, чужим, но… надежным. С ним она знала правила игры. С ним она была под защитой, пусть и в клетке.

Даниил был бурей. Свободой. Любовью. Риском. С ним все могло рухнуть. Или… она могла обрести все.

Но какой ценой? Ценой жизни отца? Ценой войны с Артемом и всем его кланом? Ценой того, что она бросит этих людей, которые начали ей доверять? Марьям с ее ногой, мальчика Рустама, женщин, приходивших к ней за советом?

Она плакала. Тихо, беззвучно, пока солнце садилось за горы, окрашивая снежные вершины в кроваво-красный цвет.