Книга Бывшие. Кольцо из пепла, страница 24 – Альма Смит

— В основном частные интерьеры, — мягко улыбнулась Амина. — Но сейчас взяла паузу. Хочется больше времени уделить дому и дочери. Создать ту самую крепость, о которой все мечтают. — Она посмотрела на Джамала, и ее взгляд был чистым, почти нежным. Игра была безупречной.

Джамал уловил пас. Его рука на столе расслабилась.

— Да, Амина превратила мю суровое логово в настоящее гнездо. Теперь даже я с трудом уезжаю по утрам.

Это прозвучало так естественно, так тепло, что Амина сама чуть не поверила. Павел фыркнул, но одобрительно.

— Правильно. Мужчина должен знать, что его дома ждет очаг, а не офисный филиал. — Его взгляд смягчился. Разговор потек в более спокойное русло — о винах, о курортах, о сложностях воспитания детей в современных условиях.

Но напряжение не ушло. Оно висело в воздухе, как запах озона перед грозой. Во время десерта, когда Сергей завел разговор о новых технологиях, Джамал вдруг извинился и вышел, сославшись на срочный звонок. Его отсутствие длилось дольше обычного.

Амина, оставшись одна с гостями, чувствовала на себе колючий взгляд Алисы.

— Вы очень спокойная для его жены, — заметила та, изучая ее через край бокала. — У нашего Павла две предыдущие жены не выдержали ритма. Сбежали. А вы… как будто всегда здесь были.

— Может, мне просто есть, что защищать, — тихо ответила Амина, глядя прямо на нее. — И это придает сил.

Павел рассмеялся, довольный этим ответом.

— Вот, Алиса, учись. Не каждый день встретишь женщину, которая понимает, что такое настоящие ценности.

Джамал вернулся. Его лицо было бледным под загаром, губы плотно сжаты. Но он снова включил улыбку, завел разговор о футболе. Однако Амина заметила, как его взгляд стал отрешенным, остекленевшим. Что-то случилось. Что-то плохое.

Ужин закончился в целом благоприятно. Павел пожал Джамалу руку, сказал, что они обдумают все детали. Но в его прощании не было окончательной твердости. Гарантий не дали.

Обратная дорога в машине проходила в гробовой тишине. Джамал сидел, уставившись в ночное окно, его кулак был сжат так, что костяшки побелели. Амина не решалась заговорить.

Только когда они въехали во двор дома, он резко повернулся к водителю.

— Уезжай. Задержись в городе. Мне нужно поговорить с женой.

Машина умчалась. Они остались стоять в холодном ночном воздухе под сенью кедров. Джамал прошелся взад-вперед, потом резко остановился перед ней.

— Ты справилась. Хорошо справилась.

— Но что-то пошло не так, — констатировала Амина. — После звонка.

— Проблема с землей. Тот самый дальний родственник, о котором говорил Павел. Объявился. Не родственник. А сын того человека, который когда-то владел клочком этого участка. Он нашелся. И не хочет уходить смиренно.

В его голосе звучала не просто злость. Звучала плохо скрытая тревога.

— И что это значит?

— Это значит проволочки, суды, скандал в прессе. А московские стервятники не любят скандалов. Они могут свернуть финансирование. Весь проект под угрозой. А проект — это не только деньги. Это репутация. Доверие. Все, на чем я строил последние годы.

Он говорил с ней так, будто она была партнером. Сообщником. И в этот момент она поняла, что стала им. Невольно, но стала.

— И что ты будешь делать?

— Что я всегда делаю. — В его глазах вспыхнул знакомый, хищный огонь. — Решать проблему. Любой ценой.