Книга Курортный роман и его последствия, страница 27 – Ольга Игнатова

Кабил не сводил с меня внимательного взгляда, пока я приближалась. Я сегодня очень тщательно продумала свой образ, специально оделась по максимуму консервативно. Черного цвета брюки и удлиненная жилетка, белая водолазка. Волосы собрала в низкий пучок. Кабил очень внимательно разглядывал меня с ног до головы. По его взгляду я не могла понять, нравится ему или нет. И тут же я себя одернула. Мне не нужно ему нравится и уж тем более, мне все равно, что он думает.

Кабил указал мне рукой на кресло за столом, я села, оказавшись напротив него. Кабил внимательно меня разглядывал, его взгляд был горячим, не должен так смотреть на свою подчиненную руководитель. Но мы то оба знали, чего он от меня хочет и от этого мне становилось жарко. Я не могла контролировать свое тело, оно мне было не подвластно. Проглотив ком в горле, который мешал мне спокойно дышать, я взяла себя наконец то в руки и проговорила:

— Кабил, я хотела тебя поблагодарить за помощь, но не нужно было. — сказала я и положила на стол конверт с деньгами, пододвинув его ближе к нему.

— Что это? — спросил он, даже не взглянув на конверт, он неотрывно смотрел мне в лицо.

— Деньги. Которые ты отдал за меня. — пояснила я.

Взгляд Кабила изменился. Стал холодным, осуждающим.

— Я погасил долг, чтобы у тебя не было проблем потом. Я знаю, как работают такие организации и на чем они держатся. — сказал Кабил, склонив голову немного в бок.

— Спасибо. Но я не хочу быть должна тебе. — нервно ответила я.

— Ты думаешь, я бы потребовал эти деньги с тебя? — удивленно спросил он.

Мне даже показалось, что в его голосе прозвучала обида. И это меня удивило. А почему нет? С чего он должен гасить за меня долги? В моем мире просто так никто ничего не делает. Тем более не гасят долги просто так. Тем более сумма там не маленькая. Миша, с которым я прожила четыре года и который прекрасно знал, что его денег там почти не было и то требовал их с меня. А с чего Кабил должен мне давать их просто так?

Я ничего не ответила на его вопрос и видимо Кабил расценил мое молчание по-своему. Он изменился в лице, протянул руку, схватил конверт и не глядя на него, открыл ящик стола и кинул его туда, громко задвинув ящик. Я вздрогнула, не понимая, что его так сильно разозлило.

— Приступим к работе. — проговорил он холодно.

— Кабил… — обратилась я к нему, чувствую себя почему-то виноватой.

— Кабил Ахметович, Алина. — обрубил он. — Субординация. Не забывай.

Теперь разозлилась я. Все мое желание сгладить ситуацию исчезло. Пусть думает, что хочет. Субординация так субординация. Так даже лучше. Никаких лишних разговоров, только по работе. Это я смогу. Мне это и нужно. Кабил тем временем продолжил:

— Так как ты работаешь здесь давно, то знаешь всех, кто чем занимается. Мне нужна объективная оценка о каждом работнике. Мне не нужно на них стучать. Сухие факты, подтвержденные графиками продаж и статистикой. На все это тебе неделя. Справишься? — спросил он, снова поднимая взгляд к моему лицу.

— Да. — проговорила я от чего-то охрипшим голосом.

— Отлично. Можешь приступать. — сказал Кабил и достал телефон из кармана пиджака, который зазвонил.

Я встала с кресла и направилась к двери, услышав, что Кабил ответил звонившему на турецком. Меня обдало жаром, а потом кожа покрылась мурашками. Снова накатили воспоминания. Я помню, когда мы были в Турции, Кабилу тоже часто звонили и он отвечал на своем родном языке. Мне нравилось слышать его голос. Я вышла из кабинета и плотно прикрыла за собой дверь.