Книга Заставь меня согрешить, страница 8 – Джей Ти Джессинжер

В следующей жизни я хочу быть рок-звездой.

Я четыре раза объезжаю квартал, пробираясь сквозь поток машин, пока наконец кто-то освобождает парковочное место прямо передо мной, и я втискиваюсь на него, пока его не заняли другие жильцы, кружащие позади.

Когда я переехала сюда в прошлом году, сотрудница управляющей компании, которая занимается обслуживанием здания, не сказала мне, что найти место для парковки в этом районе после пяти часов вечера так же вероятно, как найти выигрышный лотерейный билет на тротуаре. Она не упомянула и о других важных вещах, например о том, что, когда описывала здание как «полноценное», на самом деле она имела в виду «ветхое». Из кранов капает, трубы гремят, а стены такие тонкие, что я стала свидетелем ночных интимных сцен моих соседей. Но поскольку я вложила все свои деньги во «Флёрэ», я не могу позволить себе переехать. И ни за что не возьму денег у родителей. Я так или иначе справлюсь, без их помощи.

Я с трудом выбираюсь из машины, вздыхаю при виде приоткрытых ворот, потому что замок все еще сломан, поднимаюсь на три лестничных пролета — лифт снова не работает — и вхожу в квартиру как раз вовремя, чтобы услышать звонок телефона. Когда я беру трубку, это оказывается моя мама.

— Слава богу! Я как раз собиралась позвонить в полицию и заявить о твоей пропаже.

Я жила дома до 24 лет. Моей матери трудно свыкнуться с моим переездом. Она также убеждена, что в этой части города меня изнасилуют и убьют во сне. Я напомнила ей, что если бы меня посреди ночи изнасиловал злоумышленник, я бы, скорее всего, проснулась до того, как меня убили бы во сне. Она не сочла мою логику забавной.

Я устало бросаю сумочку на пол, опускаюсь на диван и закрываю глаза.

— Мам, звони мне на мобильный. Я почти не бываю дома.

— Ну. Я не хочу беспокоить тебя на работе.

Она сделала небольшой акцент на слове «работа». Это старый спор. Я не в настроении снова его поднимать.

— Как дела? Как папа?

— У меня все хорошо, дорогая, спасибо. Твой отец… — В трубке раздается тихий, женственный вздох. — Ну, он взялся за еще одно дело на общественных началах.

Она говорит это с таким видом, будто ей невыносимо стыдно. Для моей матери есть только одна вещь хуже работы — это работа бесплатно. Несмотря на то, что мой отец зарабатывает восьмизначную сумму в год своей юридической практикой, одно дело, которое он ведет бесплатно, будет месяцами не давать ей покоя. Я обхожу эту мину и направляюсь в более спокойные воды.

— А Джиджи?

Ее голос теплеет.

— Моя малышка такая милая. Сегодня мы ходили к грумеру, чтобы ее искупать.

Я улыбаюсь при мысли о том, как моя мама и ее избалованный щенок бишон-фризе вместе принимают ванну в груминг-салоне. Когда она говорит о собаке, то всегда произносит «мы», как будто они единое целое. Она купила Джиджи, чтобы справиться с чувством пустоты в доме, и, клянусь, она любит эту собаку больше всего на свете. Наверное, потому, что собака такой же сноб, как и она сама.

— Я звоню, потому что в эти выходные в город приезжает твой брат, дорогая. Вы с Эриком придете на ужин в воскресенье?

Я улыбаюсь еще шире.

— Джейми приедет? Потрясающе! По делам?

— Думаю, это конференция по иммиграционной реформе или что-то в этом роде. Ты же знаешь своего брата. Он борец за права угнетенных.