Книга Цельсиус, страница 55 – Андрей Гуртовенко

Я рассказал – вернее, перечислил факты, которые Гриша и так уже знал, но, поскольку мотивация моего поступка так и не была предъявлена, туман остался туманом, а недоумение брата сменилось еще более сильным недоумением. Поэтому я поспешил поменять тональность разговора и сказал, что если оставить в стороне те деньги, которые мне пришлось занять у него на «Порше», я готов начать расплачиваться с долгами.

— Ого, я смотрю, отдел продаж рулит. Круто. – Гриша улыбнулся, продемонстрировав безупречно ровные белые зубы. – А какие планы вообще? Новый спектакль? Или же собрался на какое-то время зависнуть в продажниках?

Я покачал головой.

— Увы. С театром пока как-то не очень, долго рассказывать. Я вот думаю – может, мне в журналисты податься?

— Типа в газету «Мой район»? – спросил Гриша.

— Ага. А лучше – «Немой район». Я уже и название своей первой статьи придумал.

— Да? И какое? – Гриша взял в руки бокал с минеральной водой.

— «Вильнюс. Все, что вам нужно знать об Эстонии».

Гриша прыснул в стакан, вода пошла у него носом, совсем как в детстве, только сейчас с нами не было отца, а потому некому было выгнать нас из-за стола.

Я дождался, когда Гриша откашляется и отсмеется, – мне, кстати, раньше казалось, что это два взаимоисключающих действия, – и задал ему наконец вопрос, который крутился у меня сегодня весь день.

— Послушай, Гриш, Лена…

— Какая Лена?

— Твоя жена Лена… Как ты узнал, что она – это она? Что ты больше не встретишь в своей жизни никого лучше, красивее, умней, сексуальнее?

— О-о-о, – Гриша вскинул брови и внимательно на меня посмотрел, – да у нас тут кто-то влюбился… Кто она, я ее знаю?

— Ты не поверишь, я не так давно прочитал в одной книге, что когда люди задают вопрос, они обычно рассчитывают услышать ответ.

— Никитос, ты такой смешной, когда серьезный, – заметно повеселевший Гриша откинулся на спинку стула. – И я не знаю, что тебе ответить. Правда.

— Скажи хотя бы, тебя от нее вымораживало?

— Что???

— О’кей. Давай я повторю свой вопрос медленно и членораздельно. Когда ты. В первый раз встретил Лену. Ты чувствовал: еще немного. И ты умрешь от переохлаждения?

Гриша в изумлении уставился на меня, словно я внезапно поменял пол или как минимум обзавелся третьим глазом. Очень красноречиво, ничего не скажешь – но, по крайней мере, я узнал все, что хотел. Точно так же, кстати, смотрел на меня Кир, когда я пытался рассказать ему про холод и тепло в телефонной трубке. Он тогда решил, что я над ним издеваюсь, ведь любому продажнику известно, что холодный звонок – это первый контакт с клиентом, а теплый – повторное касание уже подготовленного пассажира, а если все это так – тогда какого хрена я тут ему несу?

— Гриш, ты бы видел сейчас свое лицо, это просто содом и умора. Ты что, правда купился? – я дал изумлению на лице брата скукожиться до размеров недоумения и сменил тему. – Скажи лучше, у тебя нет на примете какого-нибудь хорошего художника или дизайнера?

— Что? – Гриша явно не поспевал сегодня за мной. – Дизайнера?

— Или художника.

— Могу поспрашивать, – сказал Гриша, – а тебе зачем?

— Я тут подумал, может мне комиксы начать делать – очень модная сейчас тема. Только я рисовать не умею. Зато у меня настоящий супергерой уже есть. Будет просто бомба, по-моему. Вот послушай: «Человек-кавычки». Расправляется с врагами убийственной цитатой, спасает недоумков цитатой мудрой.