Онлайн книга «Дерзкие. Будешь моей»
|
— Обними меня… — Я и так обнимаю, дикая моя коша. Это просто стресс…Мы сегодня же всё исправим. Наберем тебе всех этих подушек для беременных, удобных тапочек, тёплых халатов, грелок и прочей фигни. Будешь у меня упакованной и пушистенькой…Как маленький котёнок…Дикий, разумеется. — Ага, — улыбаюсь в ответ, потираясь о его грудную клетку. — А вечером ты позволишь мне себя раздеть и целовать… — Посмотрим, — хмыкает, на что я обиженно цокаю. — И не обижайся. Как скажет врач. — Адов…Адов…Во что ты превратился…Такой заботливый папочка… — бормочу я, а он пожимает плечами и смотрит на меня своими голубыми дикими. Практически раздевает ими… И я дрожу… (Глеб) Ну, папочка. Ну, заботливый…Не вижу ничего плохого, чёрт возьми. — Ты по жопе вечером получишь, если будет можно, — поглаживаю её попу и охреневаю от своей молниеносной реакции. — Блядь… — Дай хотя бы прикоснуться… — Нет, ведьма…Это билет в один конец. Со мной в душ. А мы не знаем, можно ли… — Ну вот…Тогда я пошла к Людмиле Эдуардовне. И спрошу у неё! — вскакивает Катя, на что я ржу, глядя на часы. — Я представляю. Время восемь утра. Ты вваливаешься в комнату к безмятежно спящей женщине и кричишь: «Извините, а нам можно уже потрахаться?!». Катя хохочет, и я вместе с ней. — Потерпим уж до вечера, идёт? — Идёт, — шлёпает меня по руке. — Тогда идём завтракать? И ты позволишь мне приготовить…Помыть посуду… Иииии… Специально ведь. Провокаторша. Вспыхиваю как спичка. За считанные, блядь, секунды от одной только фразы и представления всего этого… — Твою мать…Иди сюда, в общем, — тяну к себе её тело, пока она смеётся. Усаживаю сверху. Медленно снимаю с неё футболку. Боже… Лучше бы я этого не делал…Теперь точно грань… Шагнули и сразу в пропасть. Они будто налились. Но, наверное, так рано ведь не бывает? Или бывает? Хрен знает, но выглядит просто… У меня по телу все тысячи ватт пробежали. Ток такой мощный, что оглушает и дезориентирует. И я ощущаю, что единственная моя цель — сделать приятно моей девочке… — Я тебя чувствую…Внизу… — бормочет она с придыханием, утрамбовывая ладони на мою грудную клетку, и ёрзает на мне бёдрами. Чувствую её невыносимый жар даже через ткань. — А я тебя… — шепчу в ответ, рассматривая её охуенную упругую грудь с торчащими нежно-розовыми сосками. — Привстань…Только давай очень медленно…Ладно, малыш? Ты сверху. — Хорошо, — Катя сглатывает и тяжело дышит, пока я приспускаю с себя боксеры, а её трусики сдвигаю вбок, и… Наконец вхожу в неё… Очень аккуратно и томяще, опасаясь сделать что-то не так. Сантиметр за сантиметром, вынуждая её всхлипывать и вбирать меня с закрытыми глазами, въедаясь пальцами в кожу на моей грудной клетке. Она царапает, а мне по кайфу. Это больше, чем по кайфу. Это просто контрольный выстрел в голову. После десятидневной разлуки. Это квинтэссенция мучений и удовольствия. За что нам так сладко? Так крышесносно приятно? Придерживаю её за тазовые косточки и помогаю двигаться. — Скучал…Так скучал по тебе, — ласкаю, как мне кажется, не только её тело, но и душу. Да и она какая-то вся чувственная сейчас. Настолько нежная и открытая. Женственная. Сексуальная. Невероятная. Моя. — А я по тебе, Глеб…Трогай меня. Везде. Трогай… — просит моя ведьма, и я конечно трогаю. Не просто трогаю, блядь, а поглощаю. Каждый сантиметр. Каждый нетронутый участок шикарного тела. Видеть, как ладони скользят по её нежной светлой коже, как обводят её идеальные изгибы, как пальцы тянутся к её рту, проталкиваясь внутрь. Как она приподнимается и опускается… Это выше и лучше всего, что мне доводилось делать. |