Онлайн книга «Бандито»
|
Первый секс, он робкий и несмелый, Даже если в жопу трахнут вас. Лучше уж быть девушкой умелой, Чем понять, что ты, блин, пидарас. Народ за столом притих, но аплодисментов и восторженных восклицаний не последовало. Тогда народный любимец встряхнулся и выдал на-гора, по его мнению, более близкий для дам стих. Для девушек главное — это минет, Уменье нужно и сноровка. А нету минета, и денюжек нет, Ведь мышцам интимным нужна тренировка. И он опять застыл в ожидании похвалы со стороны представительниц слабого пола. Но девушки почему-то его старания не оценили, и в их взглядах вместо восторга появился пугающий холодок. — Миша, ты в туалет прогуляться не хочешь? — брезгливо поинтересовалась Марина. Миша кинул торопливый взгляд вниз, убедился, что ширинка на брюках застёгнута, и обидчиво возразил: — Я не хочу, пока. Я уже писал. — Да я не про это. Тебе надо рот прополоскать после словесного поноса, — фыркнула Марина. Опять из тебя это дерьмо попёрло. Лучше что-нибудь хорошее почитай. Мы ведь знаем, у тебя есть. Слушай, а ты тексты для песен пишешь? — Пишу, — пьяно икнув, подтвердил Миша. — Ну почитай, что-нибудь лирическое, душевное. Миша долго собирался с мыслями, морща лоб. Затем лицо его просветлело, и он начал декламировать, причём голос его совершенно изменился, в нём появились оттенки грусти и сожаления. Желтоглазая осень Жёлтое с зелёным покрывало, опустилось осени на плечи, Ветер своим лёгким опахалом, остудил и так холодный вечер. Скоро будут стужи веселиться, вдоль дороги снежные заносы, Скоро будут лужи серебриться, я обрежу свадебные косы. Жёлтый, цвет измены и печали, а зелёный, счастья и надежды, Птицы в небе жалобно кричали, и с деревьев падали одежды. Свет мой, я люблю тебя бродяга, что ж ты глупый, слёзы льёшь по косам, Может быть, сама я в землю лягу, как трава в холодных слёзах-росах. Раз не ты, пусть будет свадьба, будет, я надену саван подвенечный, Больше ничего уже не будет, я ждала тебя почти что вечность. Я сольюсь с опавшею листвою, став ещё одним листочком малым, И меня от бед укроет осень, жёлтым и зелёным покрывалом. Девчонки за столом притихли. Каждая думала о своём. У некоторых на глазах блестели слёзы. Видя такое дело, Арнольд подозвал официанта, что-то ему сказал и тот притащил бутылку шампанского в серебряном ведёрке со льдом. Быстренько разлил пенный напиток по фужерам, и Арнольд, постучав ножом по хрустальной вазе с фруктами, чтобы привлечь внимание, провозгласил: — Стихи про любовь. Душевные. Вот за это и предлагаю тост. За любовь! И все дружно подняли бокалы. Даже Петя пригубил, чтобы не отрываться от коллектива. Наконец, Петя дождался, когда пришла Даша со своим кавалером. Столик, за которым они расположились, стоял не очень удобно с точки зрения посетителей, где-то в углу и далеко от сцены с музыкантами. Зато достаточно уединённо, и можно было спокойно поговорить. Петя, не прощаясь, чтобы не привлекать внимания, покинул компанию Арнольда и переместился за стол к Александру. Петя подробно рассказал всё, что ему удалось выяснить. Чем дольше он говорил, тем больше мрачнела Даша. Когда он закончил, вид у девушки был расстроенный. Даша вообще была девушкой эмоциональной, хотя, когда нужно, умела себя контролировать. Александр же выслушал всё спокойно, и внешне никак нельзя было понять, как он воспринял услышанное. |