Книга Радиация, страница 73 – Сергей Леонтьев

Хансен перевел бинокль на город – рядом с объектом никакого движения. Он видел, как перевозящая бомбу машина прошла контрольно-пропускной пункт, затем скрылась в ельнике. Дальнейшее передвижение машины отследить было невозможно, дорогу закрывали дома. Вновь она просматривалась уже перед самым объектом.

Но на объекте машина так и не появилась. Конечно, подручные резидента могли оставить автомобиль, не доезжая, и понести бомбу на руках – не такая уж тяжелая. Но людей тоже не было. Значит, что-то пошло не по плану. И вооруженная троица пришла за ним, а не играет в русскую военную игру под названием «Зарница».

Хансен быстро собрал оборудование и прополз к северному склону. Отсюда вниз уходила отвесная скала. Осторожно выглянул из-за камней, убедился, что его не ждут, и начал спускаться по заранее закрепленной альпинистской веревке.

Дать бы в морду умнику из штаба. Как теперь спасать операцию?

Те же сутки, город Таежный, семь часов назад

Город Таежный делился на две части: сам город – закрытая административная территория, куда попасть, не имея прописки, можно только по специальным пропускам, – и комбинат, делающий что-то совершенно секретное для Министерства обороны. Попасть на комбинат человеку постороннему было невозможно. Работающие здесь перед каждой сменой и после проходили строжайшую процедуру проверки. Все сотрудники комбината давали подписку о неразглашении сведений, составляющих государственную тайну, и не имели права выезда за рубеж в течение пяти лет после увольнения. Впрочем, государственная тайна давно уже тайной не была, и вся область знала, что на комбинате собирают боеголовки для баллистических ядерных ракет.

Город охраняла и обеспечивала пропускной режим отдельная рота охраны. Командир роты Звягинцев давно привык к тому, что телефон в его квартире может зазвонить в любое время суток. Привыкла к этому и семья – жена и маленькая дочка. Поэтому на раздавшийся в полшестого утра звонок жена сонно пробормотала: «Только Сашку не разбуди» – и повернулась на другой бок. Дочка Сашка на телефонную трель никак не прореагировала, продолжая сладко посапывать.

— Слушаю, Звягинцев, – сказал командир в трубку, выходя на кухню с телефоном, к которому был протянут специально для таких случаев длинный шнур, и прикрывая за собой дверь.

— Леха, ты? – раздался жизнерадостный голос бывшего морского пехотинца Олега Воронова, отслужившего срочную в одном со Звягинцевым взводе. Алексей был старше и демобилизовался на год раньше «салаги» Воронова, что не помешало им подружиться.

— Я, кто еще, привет, Олег!

Звягинцев звонку не удивился, но немного напрягся. Он знал, где Воронов работает, и понимал, что в пять тридцать друг разбудил его не без веской причины. По характерным помехам на линии Звягинцев догадался, что Воронов разговаривает по радиотелефону.

— Леха, есть важное поручение от нашей конторы. Наверху согласовано. Я тебе подробности позже нарисую, уже к тебе еду, сейчас основное…

Старший лейтенант Воронов давно уже подозревал, что его начальник полковник Константинов никогда не спит. Поэтому, когда в начале пятого утра, выйдя из автомобиля скорой помощи, в котором обнаружил Неодинокого и незнакомого мальчишку, он вызвал по рации квартиру полковника, бодрый, без следа сна голос Ивана Константиновича воспринял как должное. Кратко доложив ситуацию, лейтенант по требованию полковника зачитал записи Сергеева, после чего получил приказ ничего не предпринимать, оставить для наблюдения напарника и через двадцать минут прибыть в управление.