Книга Радиация, страница 72 – Сергей Леонтьев

Те же сутки, окрестности города Таежного, 12.30

Точку для наблюдения он выбрал отличную, не зря пару дней назад провел разведку на местности. Объект виден практически целиком и расстояние безопасное – по дальномеру три тысячи двести пятнадцать метров. Спецы гарантировали, что радиус поражения не превышает двух километров, но небольшой запас не повредит. Случайная доза радиации, пусть даже полученная в борьбе с Советами, ни к чему.

Только лежать на снегу холодно и ветер ледяной, почти как в горах Афганистана. Но умением терпеливо ждать в любых условиях специальный агент Центрального разведывательного управления Джейсен Хансен владел в совершенстве. Однажды просидел больше часа в ледяной воде без гидрокостюма, выслеживая вражеского агента. И ничего, даже насморка потом не было.

Сейчас над городом висит седьмой «кихоул»⁵⁸. Говорят, он способен различать предметы с поперечными размерами менее четырех дюймов. Однако у спутника есть существенный недостаток – фотопленка попадет на Землю только через три недели. Негативы из камеры Хансена уже завтра, крайний срок послезавтра будут в посольстве в Москве. Вместе с показаниями направленного дозиметра. Как там у русских говорится – надо ковать железо, пока горячо?

Медленно текли минуты, Хансен лежал практически неподвижно, казалось, заснул. Во время ожидания он умел полностью расслабиться, чтобы в нужный момент «взорваться» действием. Хотя полученное от руководства задание особых действий не предполагало: «Подстраховать местного резидента, зафиксировать „акт“ и передать материалы в посольство». Непосредственное вмешательство в операцию допускалось только в самом крайнем случае, при угрозе провала. Интересно, кому из штабных умников пришло в голову такое распределение ролей?

Резиденту, типичному кабинетному работнику, вся предыдущая служба которого сводилась к слежке за учеными и выявлению инакомыслящих, – поручить подготовку и проведение диверсионной акции. А Хансена, лучшего в управлении специалиста по диверсиям, назначить наблюдателем. К тому же резидент был «голубым». Хансен ознакомился с личным делом русского. Его завербовали, подловив на связи с портье отеля в Западном Берлине. Хансен ничего не имел против голубых, среди них попадались забавные ребята, но к себе в напарники специальный агент всегда подбирал людей с традиционной сексуальной ориентацией. Впрочем, эту часть сомнений Хансен держал при себе – в штабе полно голубых.

«Агент лучше знает местные условия», – сказали ему. Одно дело знать условия, другое – действовать в этих условиях. Взять хотя бы историю с доктором. Дважды упустить гражданского дорка!⁵⁹

Пришлось все-таки Хансену вмешаться и увести доктора из-под носа у контрразведки. Джейсен с удовольствием вспомнил свои перевоплощения в пенсионера-скандалиста в трамвае и подвыпившего работягу в автобусе. И ведь никто, включая профессионалов, следящих за доктором и его подружкой, ничего не заподозрил! Недаром на «Ферме»⁶⁰ инструктор по актерскому мастерству предрекал ему блестящую карьеру в Голливуде. Надо обдумать эту перспективу после завершения карьеры специального агента.

В голове звякнул тревожный звоночек. Хансен поднес к глазам бинокль со специальной антибликовой оптикой, вгляделся в заснеженный участок ниже по склону. Если кто-то хочет подняться на вершину, этот участок не миновать. Так и есть, прошел один человек, явно не турист, очень аккуратно шел, старался не оставить следов. Но на снегу следы не оставляют только бесплотные духи, а человек имеет конкретный физический вес. Да вот и он сам, пятнистый рукав торчит из-за валуна. Хансен быстро осмотрел склоны на триста шестьдесят градусов вокруг. Еще как минимум двое, вооружены короткоствольными автоматами. Идут грамотно, скрытно, но место слишком голое, от натренированного взгляда не спрячешься. Сколько у него времени? Минут семь есть, вполне достаточно, чтобы тихо уйти.