Книга Радиация, страница 51 – Сергей Леонтьев

«Брать живыми!» – прозвучала команда. Ведущий беглый огонь из будки неожиданно получил подкрепление. От ближайших деревьев по приехавшим открыли стрельбу из автомата и пистолета. Огонь с фланга внес смятение в ряды наступающих, две фигуры застыли на земле в безжизненных позах. Воспользовавшись моментом, двое в гражданском выбежали из будки, потащили бесформенный рюкзак с чем-то тяжелым к появившемуся словно из-под земли автомобилю «Жигули» с выключенными фарами. Внезапно в звуки перестрелки вклинился дуплет из охотничьего ружья. Автомат за деревьями захлебнулся. У стрелка из пистолета не выдержали нервы, он выскочил на открытое пространство, где его тут же срезали короткой очередью.

Беглецы уже были рядом с машиной. Один упал, покатился по земле, держась за ногу, но второй успел ввалиться в салон вместе с поклажей. «Жигуленок», виляя, понесся прочь. Военные открыли вслед беспорядочную стрельбу, «Волга» сорвалась в погоню, ее тут же занесло. Шлепая по дороге пробитыми шинами, автомобиль беспомощно скатился в кювет. Шофер «УАЗа» уткнулся в руль, из раны на лбу вытекла тонкая струйка крови. Тело вытащили, на сиденье прыгнул другой водитель, но драгоценные секунды были потеряны. Шум двигателя «Жигулей» затих где-то в ночи.

27 мая 1980 года, город С., ночь

Поспать толком не удалось: нервное возбуждение не отпускало да еще кровать жутко скрипела при каждом движении. Несколько раз Андрей проваливался в подобие сна, в котором перед глазами вставали картинки: то покореженный радиатор грузовика в салоне трамвая, то похититель с кусачками в руках. Андрей вздрагивал, озирался, не сразу понимая, где находится, сердце отчаянно билось, одежда промокла от пота.

Раздавшийся снаружи шум заставил доктора вскочить и подбежать к двери. Слышались голоса, люди спорили или что-то громко обсуждали. Разобрать слова было невозможно. Затем на пол поставили что-то тяжелое, и все стихло. Андрей сделал короткую гимнастику, заглянул в чайник на столе. Воды не было. Хотелось пить, есть тоже хотелось, но кормить его, похоже, не собирались. Андрей подошел к двери, постучал, прислушался – никакой реакции. Он забарабанил со всей силы. Окошко открылось, в проеме показалось недовольная физиономия одного из бандитов.

— В морду хочешь? – поинтересовался бандит.

Вместо ответа Сергеев продемонстрировал пустой чайник.

— Пить хочу. И есть.

— Стакан давай.

Через минуту бандит вернулся, молча передал стакан, захлопнул окошко. Вода была рыжеватая с привкусом железа. По крайней мере, стал понятен район, где находится квартира: Пионерский – старый проржавевший водовод, бесконечные аварии, самая грязная вода в городе.

Андрей вернулся к кровати, не спеша выпил. Его беспокоили затянувшаяся пауза и неопределенность. Поверили ему похитители? Попались в заготовленную контрразведчиками ловушку? Как поступят с ним, когда поймут, что он врал? Успеет ли прийти помощь?

Отсутствие информации изматывало. Он всегда полагался на логику, которая не раз его выручала, но для логических умозаключений нужна точная информация. Беспомощно сидеть взаперти, не зная, что происходит, – тяжелое испытание. Нужно что-то предпринять. Взгляд обежал комнату. Ведро!

Сергеев подошел ближе. Тяжелое эмалированное ведро. Ручка крепкая, надежно закреплена. Не нунчаки, конечно, но можно использовать в качестве оружия. Если с размаху заехать бандиту по физиономии, результат будет впечатляющий. А дальше? Неизвестно, сколько человек в квартире и чем вооружены. Но как говорил коротышка император³⁷, «надо ввязаться в драку»³⁸. И что, собственно, терять – покорно ждать, когда придут его убивать? Теперь главное, чтобы открыли дверь.